Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: цитадель книга 1 (список заголовков)
12:14 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 4)

Путь до Руин мы с Таркой преодолели меньше чем за сутки (иными словами к рассвету я уже подъехала к пустоши), хотя обычно на такой переход уходит как минимум два дня. Я оставила тяжело дышащую лошадь на безопасном расстоянии, но через пару шагов остановилась и сама. Передо мной возвышаются руины громадного черного замка – Темной Цитадели. Некогда неприступная крепость всеже пала века назад и теперь лишь груды черных камней и останки стен – все, что осталось от ее величия. И всеже даже эти крохи… от одного взгляда на них сердце начинает стучать быстрее от смеси страха и преклонения. Но в моей душе при виде этих камней просыпается дикая тоска. Я вижу ее в сиянии. Я вижу ее в величии. Постоянно. В своей голове. Я вижу такой, какой она была до падения. И сейчас в моих глазах появляются слезы. Это ощущение бесконечной утраты настолько сильно, что глушит старые воспоминания – белый-белый снег. Яркая красная кровь… Они вспыхивают в моем сознании, когда взгляд падает на могучее дерево у останков внешней стены. Картас. Тогда я думала, что пришла к лесу, но он был единственным деревом вокруг. Я пришла умирать на руины Цитадели. Вот такой вот поворот. Не обращая ни на что внимания, я подхожу к нему и провожу рукой по шершавому стволу.
- Ну, здравствуй, мой спаситель.
Дерево шелестит в ответ, словно тоже радо меня видеть.
- Он ведь все еще здесь, правда?
Я знаю, что картас не сможет мне ответить. Не сможет рассказать все, что видел и знает о звере, обитающем так близко к нему.
- Если история повторится… - я прижимаюсь лбом к стволу. – Сможешь ли ты мне помочь снова?
Он шелестит ветвями, и в этом шелесте я слышу поддержку. Может, я схожу с ума, но я верю своим ощущениям.
И покидаю его с непоколебимой решительностью.
Я иду по уже хоженому пути. Все так же шелестит камыш, только снега еще нет. Но память упрямо покрывает тропу белым покрывалом, рисуя на ней красные узоры моей кровью. Гоню память прочь, я должна быть собранной. Прошлый мой бой с обитателем этих мест едва не стоил мне жизни.
Ухожу все дальше в болота. Искать зверя нет смысла – он сам вскоре меня найдет. Ведь он уже почувствовал меня, я знаю. И он знает, что это я. Чтож…
Он выскакивает из зарослей камыша так неожиданно, что я едва успеваю увернуться. Мы замираем друг напротив друга. Зверь лишь чуть-чуть ниже меня. Он скалит клыки всех трех голов и нервно бьет хвостом с безупречно острым костяным наконечником. След этого оружия до сих пор хранит мое тело. Невольно сама скалю зубы и рычу. Не думаю, что выглядит устрашающе, но это прекрасный метод выражения моего к нему отношения (А рык получился до жути натуральным). Он рычит в ответ. Да, у него получается лучше. Думаю, что если бы он умел говорить, то сейчас бы злорадствовал.
Медленно, очень медленно я достаю меч. Зверь облизывает морду (ту, которая по центру), и нападает. Но не прыгает, как глупый вурдалак, а сперва пытается выбить оружие. Он до жути умен – именно поэтому его так сложно убить. Я уворачиваюсь и тоже наношу удары. Но он слишком силен. Плюс чертов хвост! Делаю сальто назад, цепляя его по челюсти окованными носками сапог. Пока он приходит в себя (понятие относительное, ибо у него еще две головы), я начинаю метать в него ножи, стараясь найти уязвимые места. Работаю, быстро отступая назад и стараясь держаться от него на расстоянии. Предплечье ощутимо ноет, но я блокирую это ощущение – жизнь важнее. Плюс, судя по ощущению влаги, – он уже успел зацепить меня по левому бедру. Да-а, у других не было и шанса, если он с такой легкостью удерживает меня! Но со времени нашей прошлой встречи я многому научилась. Пять из семи ножей нашли свою цель. Два попали в защитные пластины, к моему глубочайшему сожалению. Но в свою защиту могу сказать, что пластины эти находятся под шкурой зверя и невооруженному глазу не видны. Теперь у него тоже идет кровь, что уже является большим отличием от нашей прошлой встречи. Но раны слишком незначительны. Решаюсь на отчаянный поступок – бросаюсь ему на встречу. Но в последний момент ухожу в сторону, и он пролетает мимо меня. Резкий удар меча – и зверь приземляется с двумя головами. С замиранием сердца слежу за его реакцией. Он воет и беснуется. Из раны хлещет кровь. Вывод: рана не затягивается, новая голова не отрастает. Чтож, у меня сегодня хороший день. А может быть, и нет – буквально в миллиметрах от лица пролетает его бестолково хлещущий хвост. Отступаю на пару шагов, сохраняя боевую стойку. Казалось бы, сейчас самое время напасть и добить раненую тварь. Вот так погибает хороший процент моих начинающих коллег. Сейчас движения зверя беспорядочны. И предугадать, что он выкинет в следующую секунду – нереально. Поэтому есть огромная вероятность, что ты просто не успеешь увернуться от неожиданно полетевшего в тебя хвоста или лапы. И я стою на безопасном расстоянии в ожидании, когда все это прекратится. В душе скребется надежда, что он просто истечет кровью, а глаза ищут пути его убийства, если надежда не права. И судя по прекращающемуся кровотечению – надежда реально сильно ошибается. Вот он перестал бесноваться и уставился на меня горящими ненавистью глазами двух оставшихся голов. Я ответила ему столь же теплым взглядом. Рана от отрубленной головы перестала кровоточить и закрылась. Не регенерировалась (и на том спасибо), но закрылась. И зверь прыгает на меня. Еще в полете он пускает вперед хвост. По его задумке я отбиваю хвост, но не успеваю блокировать его тушу. Да, конечно. На долю секунды мои глаза меняют цвет, и я с разворота бросаю ему на встречу меч. Не особо целясь. Но клинок входит в его тело по рукоять и зверя сносит силой удара обратно. Не теряя времени и бросаюсь к нему, вытаскиваю меч и успеваю откатиться из-под когтистой лапы. Из новой раны хлещет кровь, но он только утробно рычит и снова идет в нападение. На этот раз он пускает в ход все – когти, клыки, хвост… Отбиваюсь как могу. Теперь в раньше свободной руке кинжал, помогающий блокировать его чертов хвост. Меняю тактику – поймав момент, втыкаю ему кинжал в шею, а освободившейся рукой хватаю хвост. Взмах меча – и у меня в руке обрубок с костяным шипом, а зверь отступает, дико вопя. Оставшаяся часть хвоста хлещет по воздуху, разбрызгивая черную кровь. Пару секунд наблюдаю за движениями зверя и прихожу к мнению, что нужно действовать. Сейчас в основном в движении только уже не опасный хвост, так что… Я резко приседаю. Мои глаза снова мигают зеленым и я прыгаю к нему. Черт, сейчас бы второй меч! Вгоняю клинок ему в спину, разрезав гребень, но тут же вынимаю, сделав своеобразный укол. Новый всплеск воя. Он резко разворачивается, не желая находится ко мне задом. Это его ошибка – еще одна голова катится по порыжевшей траве болота, а с ней и мой кинжал. Осталась одна – крайняя левая. Отскакиваю назад, уходя от захвата лапами, и резко прыгаю к отрубленной голове – кинжал снова в моих руках. Судя по ощущениям – мои глаза больше не мигают. Они горят. Кристально-зеленым светом. Но с этим я разберусь позже. В отличие от первой головы сейчас зверь нападает. Беспорядочно, неразумно, он просто старается меня достать хоть чем-то, при этом воя на всю оставшуюся глотку. Мой плащ уж порван вдоль всего правого плеча. Теперь у него есть видимая причины болеть - три глубоких царапины от плечевой кости до локтя. Я вся в грязи и брызгах крови своего противника. Да, у меня нее совсем чистая работа.
Нужно его добивать. Вот только как? Будет ли достаточно обрубить ему последнюю голову? Характерная черта моей работы – каждая тварь дохнет от своего метода убийства. Что сильно разнообразит мои будни, в отличии от того же Джаниса – все люди умирают одинаково.
Зверь все решает за меня. Собравшисьс остатками разума (или глупости) он встает на задние лапы, собираясь подмять меня под себя. Не долго думая, я вонзаю ему меч в грудную клетку. Туда, где предположительно находиться сердце. Чтож, если я сейчас ошиблась – пусть земля мне будет пухом. Но он резко дергается и взвизгивает. Этот характерный взвизг, когда они понимают, что умирают – пожалуй, единственное, что объединяет все смерти нечисти. Резко отскакиваю в сторону, не дав ему придавить меня своим весом. При этом приходится выпустить меч. Плохо. Очень плохо. Внутренне обругиваю себя последними словами. Ведь правило первое – никогда не позволяй противнику выбить твое оружие.
Зверь падает, пару раз дергается и затихает. С сцепленными зубами достаю из него свой клинок и отрезаю последнюю голову. Обильно посыпаю весь труп пеплом полыни, шепчу «Пусть Шир станет твоим домом. А Грань будет тебе стенами». Рисую вокруг символы бесконечности и смерти. Складываю головы с противоположной от места произрастания стороны тела, а обрубок у шей. Рисую рукой в воздухе символ «покой». Отхожу на добрый десяток шагов и только тогда падаю на колени, обхватив себя руками. С губ срывается крик. Боль, дикая боль просыпается по телу. Теперь зеленые глаза – это не сила. Это – пламенная боль, горящая в костях. Шепот в голове становится отчетливее. Теперь можно различить слова, но я все равно не понимаю, что он говорит.
- Хватит. – мой голос больше похож на стон сквозь стиснутые зубы.
Поднимаю голову, глядя на не такие уж и далекие руины. Сейчас я буквально наяву вижу на их месте замок. Поднимаюсь на ноги, поднимаю меч, стараюсь вставить его в ножны. Получается раза с пятого. Боль е утихает, несмотря на мои старания загнать ее подальше. Иду, медленно, пошатываясь, обхватив себя руками. Думаю, со стороны картинка повторяется – я снова еле иду, снова почти без сознания, снова моя единственная цель – это дерево. Только сейчас я хоть не так сильно истекаю кровью.
Подхожу к картасу и наваливаюсь на его ствол всем телом:
- Что со мной? Скажи мне, что со мной?
Он шелестит ветвями, хотя ветра вроде бы и нет. И тут боль начинает уходить. Постепенно, словно уходящая вода. Через минуту я смогла спокойно вдохнуть. Через две обняла ствол, как родной:
- Спасибо. Ты снова спасаешь меня. А я даже не знаю, как тебя отблагодарить.
Он успокаивающе шелестит, словно отпуская меня с миром.
Я улыбаюсь. В этом мире всеже есть кто-то, кто всегда меня поддержит. И плевать что этот кто-то – дерево. И я придумаю, как ответить ему тем же.

@темы: книги, написано мной, цитадель книга 1

23:29 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1. Истоки. (продолжение, запись 3)

Ушла я от них в ночь, не дожидаясь рассвета. Они милые, но настороженные взгляды в спину – не то, к чему я стремлюсь. Тем более что в мире еще много всяких тварей. Идти сквозь темный ночной лес – дело, на которое решится не каждый. Ведь лес – это Опасность. Да, именно с большой буквы. Вообще если брать местное сельское население, так для них опасность – все, что находится за Защитной стеной деревни (а стены эти иногда настолько крепки, что на них и дышать страшно). Но дело это сугубо не мое. Для меня лес – дом родной. А деревья – роднее людей.
Картина громадного черного замка появилась в сознании настолько неожиданно, что я аж споткнулась. Сразу за ней – шелест голоса. Он настолько тих, что я за эти два года так и не смогла определить принадлежит ли он мужчине или женщине. Усилием воли я заставила его заткнуться.
Вот если кому рассказать обо всем этом (о голосах, боли и моей работе), то человек будет сильно удивлен, что я еще жива. Но я жива. Более того – я профессионал наивысшего класса. Элита, так сказать.
Тихий шелест слева заставляет меня слегка повернуть голову. Лиса. Рыжая красавица с любопытством выглядывает из-за шершавого ствола. Улыбаюсь ей уголками губ и иду дальше. Нужно добраться до соседнего поселения как можно скорее – я устала. И у меня болит правое предплечье. С чего бы это?

- Свинины нет, есть говядина.
Трактирщик смотрит на меня с непроницаемым лицом. Это всеже лучше, чем страх или неприятие.
Услышав его слова, я непроизвольно скривилась. Не люблю я говядину. Вот не люблю и все.
- Тогда замените мясо салатом.
Если говорить серьезно – мне сейчас почти необходимо мясо. Оно помогает мне быстрее прийти в форму. Убирает боль, иногда даже заглушает голос. С чем это связано – известно только Богам.
Мой заказ принесла девочка лет двенадцати – дочь трактирщика. Ее лицо было серьезным, но в глазах плескалось любопытство. Я протянула ей медьку. Мой заказ уже был оплачен, но девчонка мне понравилась. А я сейчас могу себе позволить небольшое расточительство.
Малышка убежала с широкой улыбкой, сжимая в своей маленькой ручке монетку. Я приподняла уголки губ – я несу добро в этот паршивый мир.
Покончив с завтраком, я ушла в комнату. Мне нужен сон и покой. Да.
Убивать не так просто, как кажется на первый взгляд. Ты всеже отбираешь чужую жизнь. Своими руками. Одно твое решение, одно, зачастую, легкое, простое движение и все. Моя жизнь состоит из убийств. Из постоянных смертей, день за днем. Иногда их бывает с десяток за час… Я – убийца. Я безжалостна и беспощадна. Я никогда не останавливаюсь, не сомневаюсь, не замираю с занесенной рукой. Потому что я умею убивать. Убивать правильно. Это моя работа и я сама ее выбрала.
Но где-то в глубине души есть что-то, что появляется каждый раз, как я опускаю руку. С каждой забранной мной жизнью, что-то появляется глубоко во мне. И это не дает мне покоя. Это, а не… Эту мысль я додумаю завтра.
Тук-тук-бум!
Вот от этого «бум» (то бишь удара ногой о дверь) я и проснулась, резко сев на кровати с ножом наизготовку. Предплечье тут же отвечает болью.
Бум-бум-бум…
- Да хватит!
В эти два слова я вкладываю всю глубину своего отношения к данной ситуации.
Стук прекращается. Вместо него я слышу тяжелые удаляющиеся шаги. А я так надеялась…
Быстро одевшись, я тоже спускаюсь на первый этаж, где меня ждет мой визитер. Судя по еще не клонящемуся к закату солнцу – проспала я всего часа три. Поэтому настроение у меня… не совсем безопасное.
- Что? – от моего тона он морщится, как от лимонного сока.
Он – это Джанис – мужчина тридцати лет от роду, одетый в смесь кожаного костюма и доспеха. Его темные волосы острижены почти под корень, а правую бровь пересекает едва заметный шрам, который его ничуть не портит, а наоборот, добавляет шарма. У него карие глаза и высокие скулы, он высок и мускулист. Он – один из лучших убийц-наемников этого мира. Мой коллега, если можно так выразится, только специализируется на людях. Поэтому я его слегка недолюбливаю. Хотя мы могли бы подружиться, убивай он… Неважно. Сейчас я сама готова переквалифицироваться в убийцу людей. И начну именно с него!
- И я рад тебя видеть. – он слегка улыбается и показывает на стул напротив.
Вообще он довольно симпатичное создание, но сейчас он мне напоминал самого страшного демона преисподней. Вобщем, настроение мое падает все ниже.
Я молча сажусь на тонко скрипнувший стул и испепеляю его взглядом:
- И?
- Ты когда-нибудь поговоришь со мной нормально? – вопрошает он, возведя очи к потолку, но тут же переходит на деловой тон. – Новая тварь на севере. Твой профиль – уже погибли шесть наших. Больше никто не берется.
- Вид?
- Редкостная тварь. Я не спец, ты же меня знаешь, но ребята говорят о трех головах и гребне…
Я резко вскакиваю:
- Где он?
Его глаза расширяются от удивления, он явно не ожидал столь сильной реакции.
- Возле…
- Руин. – я заканчиваю фразу вместо него и прикрываю глаза, пытаясь успокоится.
Сердце бешено колотится в груди. Три головы. Руины. Волна боли прокатывается по телу, словно бы зарождаясь где-то в костях. Сжимаю руки в кулаки и упираюсь ими в столешницу, загоняя боль обратно в глубину души. Гребень. Черт, он вернулся.
Не обращая внимания на настороженно-обеспокоенного Джаниса я разворачиваюсь и иду в свою комнату. Все оружие я развешиваю по своим местам на автопилоте, мысленно пытаясь заткнуть шелестящий шепот в моей голове. Беру кошель с золотом. Спасибо вам, добрые жители деревни!
Он еще внизу, пытается понять чем вызвана моя реакция. Он ведь ничего не знает. Абсолютно ничего…
- Тарка еще жива?
Тарка – это его боевая лошадь. Лошадь особой породы, которую почти невозможно загнать или убить. А еще они самые быстроходные верховые животные.
- Да… - он явно не понимает ничего из происходящего.
- Я арендую ее у тебя. – я бросаю ему пять золотых. – Думаю, ты не против.
- Вообще-то…
Но я уже за дверью, я уже в пути. Лошадь не стала возражать против того, что теперь на ней сижу я. Она всегда ко мне хорошо относилась. Но, думаю, после этого путешествия ее мнение изменится.

@темы: цитадель книга 1, написано мной, книги

15:28 

"Над нами только небо" (Диран)
ГЛАВА 1. Истоки
Прошло два года

Но темные не умирают просто так.

- Двадцать золотых.
- Нет. Либо пятьдесят, либо пусть вас сожрет эта тварь.
В большом каменном доме собралось много народу. Люди в рубахах и темных полотняных штанах толкаются и тихо переругиваются за лучшие места. Но большая часть их внимания прикована к двум сидящим за добротным деревянным столом. Этот стол словно бы находится под невидимым куполом, который не подпускает толпящихся людей ближе, чем на два метра.
Уже седой мужчина плотного телосложения, одетый в красную рубаху и черные штаны – местный глава. Сейчас на обычно добром лице читалось скрытое желание придушить своего оппонента, находящегося с другой стороны стола.
Я сижу напротив него, закинув ногу на ногу. Мои длинные прямые серые волосы связаны в высокий хвост. Очень часто их необычный цвет путают с сединой, иногда действуя мне на нервы своим любопытством (ой, а как так вышло что такая молодая девушка и уже седая?) Но не настолько часто как могли бы. Спасибо моей профессии! Одета я в темно-синюю кофту, обтягивающие черные штаны, сапоги чуть ниже колена с небольшим каблуком, подкованным серебром, и плащ, словно опавшие крылья свисающий со стула. На моих руках - перчатки с металлическими нашивками, а за спиной – меч. На поясе – пара кинжалов, а на специальном креплении на правой ноге – набор маленьких метательных ножей. На миловидном же лице читается невозмутимое упрямство.
- Хотябы двадцать пять. – выдавил глава.
Я резко встаю:
- Если вы так рьяно торгуетесь, значит, он не так уж и досаждает вам. Значит, не так он страшен и не несет настоящей опасности. А из этого следует, что мне здесь делать нечего.
Разворачиваюсь и шагаю к выходу. Но не успеваю сделать и пары шагов, как меня догоняет голос главы:
- Хорошо. Пятьдесят так пятьдесят. Только убей его.
Я улыбнулась уголком губ:
- Убью. Готовьте деньги.
И, не оборачиваясь, выхожу в ночь.

Легкий ветерок колышет уже пожелтевшие листья, создавая тихий шелест, в котором так легко спрятать шаги. День уже давно угас, но ночь не спешит вступать в свои права, и лес погрузился в сине-серые сумерки, приправленные легким туманом. Я одинокой фигурой бреду среди деревьев, мягко ступая по опавшей листве. Глядя четко себе под ноги, я, кажется, не замечаю ничего вокруг себя. Но такой вывод был бы ошибочным. Я просто слушаю, сосредоточенно выискивая в фоновом шуме что-то, не относящееся к деревьям и ветру. Что-то, похожее на медленный перебор мягких лап по листве. Вот как сейчас!
Резко разворачиваюсь, выхватывая пару ножей, и метаю их в выпрыгнувшего из кустов монстра, отдаленно смахивающего на волка (если бы у него было около десятка рогов на голове и шесть клыков вместо четырех). И тут же, единым движением кувыркаюсь вперед, пропуская над собой слегка потерявшего баланс зверя. Вскакиваю на ноги с уже наготовленными ножами – новый бросок, попадание в бок и горло.
Зверь взвыл, мотая головой. Нож из шеи выскакивает и теряется в листве. «Волк» снова прыгает, но его встречает еще пара ножей. Я увернулась, сделав тройное сальто назад. Но в сторону отскочить не успеваю. Тяжелая туша зверя бьет меня словно молот и я теряю равновесие. Мощные челюсти клацнули в миллиметрах от лица, но я успеваю выставить руки и сжать горло нападавшего. Хотя задушить нечисть не представляется возможным, но удерживать на расстоянии – тоже выход. Зверь настойчиво пытается достать мое горло. Я подтягиваю колени к животу (благо высота монстра позволяет) и, упершись ему в брюхо, резко толкаю, сбрасывая с себя. «Волк» отлетает. Я вскакиваю и, вытащив меч, занимаю боевую стойку. Противник поднимается и грозно рычит. Широко улыбаюсь ему, словно приглашая. Да, у меня весьма неординарное чувство юмора. Зверь бросается вперед, одним прыжком налетая на меня. И на мой меч. Клинок входит ему под ребра и его кончик выглядывает у твари между лопаток. Волк даже не заскулил. Просто свалился, по инерции чуть не завалив меня. Шарахнувшись в сторону, я пропустила его слева от себя. Секунда – я жду, что он вскочит и снова атакует. Но нет, только ветерок слегка шевелит мех...
И я падаю на колени, тяжело дыша. Хриплые выдохи больше похожи на рычание. Я знаю, что сейчас мои глаза больше не ярко голубые, как обычно. Они зеленые. Как и всегда, когда я перенапрягаюсь и то, что обычно находится глубоко во мне, пытается вырваться на свободу. Я сопротивляюсь, и по телу прокатывается волна боли. То, что скрыто, отступает, и я делаю медленный, глубокий вдох. Встаю с колен, отряхиваюсь, собираю ножи. Медленно приближаюсь к бездыханному телу и достаю меч. Не самач любимая часть моей работы – я отрубаю ему голову, чтоб не восстановился. Присыпаю разрез пеплом полыни для уверенности. И вырезаю рядом с телом свой знак собственности – доказательство, что его убила именно я. Теперь я свободна.
Поднимаю голову и смотрю в небо. В его вечерней синеве уже сияет Альда – первая звезда. Ее голубой огонек безучастно наблюдает за мирами уже тысячи тысяч лет. Еще раз глубоко вдыхаю вечерний запах осеннего леса. Нужно возвращаться. Забрать плату, постирать вещи, измазанные кровью зверя.
В моем сознании промелькает тихий шепот, больше похожий на шелест. Да, со мной такое бывает – я слышу голоса. Вернее голос. Точнее – шепот. Еще точнее – намек на шепот, который я не всегда различаю. А когда различаю – не понимаю. Он говорит на темном языке, который в наше время не знает никто. Но все прекрасно знают, как он звучит – при его звуке у всех слышащих мелькает образ Темной Цитадели разрушенной сотни лет назад. Но это не важно. За два года я привыкла нему и больше не дергаюсь каждый раз, когда он проявляется.
Выйдя на опушку, я замечаю что большая часть деревни стоит у ограды в ожидании моего возвращения. Или в ожидании моей безвременной кончины – судя по их лицам, они были бы сильно не против, чтобы мы со зверем погибли единовременно. Но я уже умирала и не желаю еще раз это испытывать. Поэтому уверенным шагом иду в деревню, выискивая взглядом старосту.
- Зверь мертв? – он сидит на пороге центрального дома, не проявляя никаких эмоций.
- Да. Иначе он пришел бы вместо меня. – мой тон не слишком вежлив, но мне сейчас не до церемоний.
Он молча протягивает мне туго набитый кошель.
- Мне нужна теплая вода и порошок. – заявляю я, когда деньги оказываются у меня.
Староста пожимает плечами:
- Проходи. Все готово.
И ни тебе «спасибо» ни тебе «светлого пути, добрая женщина».
Я молча вхожу в дом, где меня ждет бадья с горячей водой, мыло, порошок, даже игла с нитью приготовлена. Наверное, это и есть большая человеческая благодарность.

@темы: книги, написано мной, цитадель книга 1

14:46 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Начало
Кап.
Кап.
Красные капли начинают вырисовывать одним им ведомый рисунок на снегу. Они такие яркие, что их цвет режет глаза.
Это кровь. Яркая, артериальная кровь. Моя кровь.
Изгибаю уголки губ в намеке на презрительную улыбку. Я умираю. Да-да.
Боли нет. Даже холода нет, хотя вокруг разгар зимы. Только такая мокрая кровь…
Кап-кап – пальцы, судорожно зажимающие рану чуть ниже солнечного сплетения, не могут задержать струящуюся теплую влагу.
Слишком белый снег. Слишком белый…
Шаг. Еще шаг.
Нет, я не подохну посреди этого болота.
Перед глазами начинает рябить, проступают темные круги. Нет-нет, еще слишком рано!
- Куда ты?
Голос раздается из-за плеча. Он спокоен и мил. В нем даже чувствуется участие.
- Туда. – сквозь зубы шиплю я.
Я знаю, чей это голос. Я знаю, что за ним следует. Шаг! Еще шаг!
- Остановись. Ты ведь все понимаешь.
Слишком мягкий голос. Слишком…
- Нет.
Кровь струится тонкой струйкой, не оставляя надежд. Мир все темнее. Шум камышей все тише.
- Не глупи. – этот голос… единственное, что остается до жути четким.
Шаг! Еще шаг!
Где-то в глубине потухающего сознания бьется страх. Впервые он оказался в плену, не имея силы, не имея путей.
Шаг… Еще шаг…
Сквозь мелькающие перед глазами фигурки невиданных зверей проступает смутное очертание… Ствол. Картас. Я улыбаюсь и падаю. Мир сосредоточенно вращается, превратившись в темный водоворот теней и образов.
Но через несколько секунд картинка проясняется. Я прекрасно вижу серое небо, медленно плывущие тучи и… Я снова растягиваю побелевшие губы в улыбке – зеленые ветви картаса над головой.
- Довольна? – слегка смеющийся голос рядом.
- Да. – на кивок сил нет.
Кровь уже не идет – ее просто не хватает. Она засыхает на руках черной коркой, но я ее не чувствую.
Я закрываю глаза. Теперь всё. Всё.
- Дошла все-таки. – мягкий голос облекается в темную фигуру, которая тянется поправить выбившуюся прядку раньше серых, теперь потемневших от грязи волос, но замирает буквально в миллиметрах. – Дошла.
И фигура истаивает легкой дымкой.

@темы: книги, написано мной, цитадель книга 1

Kira Valarika

главная