• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: написано мной (список заголовков)
22:26 

В черновиках нашла, дописала.

"Над нами только небо" (Диран)
Эта жизнь, этот мир, эта тень на стене,
Эти мрачные искры в том черном огне,
Я иду, я дышу, я скрываюсь во тьме,
Сквозь закатное солнце на красном стекле,
За спиной - черный дым, впереди лишь заря
Я надеюсь, мой путь будет пройден не зря,
Сквозь года, сквозь дожди, сквозь печаль и обман,
Пронести этот миг сквозь забытья туман,
Не забыть, не отринуть, оставить себе,
Эти белые искры в том ярком огне...
Не сжигать, не бросать, сохранить и сберечь,
Не позволить течению это стереть,
Ну а что не вернуть, то забыть, не жалеть,
И спокойно, без страха, уйти, умереть

@темы: написано мной, стихи

22:04 

Новое стихотворение. Давненько не писала сюда...

"Над нами только небо" (Диран)
Когда появляется пламя,
Когда разгорается жар,
И ножницы Норна слепая,
Заносит в последний удар,
Когда твои крылья поблекли
И взор твой горящий потух,
Когда все надежды исчезли,
Как ветром подхваченный пух,
Когда остается лишь память,
Когда исчезает слеза,
И всё что когда-то искали,
Лишь в небе высоком гроза,
Тогда понимаешь ошибки,
Тогда хочешь всё изменить,
Но память – пустые открытки,
И хочется, хочется жить!
Но время уже истекает,
И не вернуть его вспять,
И искра в глазах угасает.
Возможно, начнем всё с нуля…

@темы: написано мной, стихи

23:31 

Темная Цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 2 Тени прошлого (продолжение запись 3)

Меня будит запах свежих булочек. Сладкий, тонкий аромат проникает в легкие, распространяясь по всему телу и пробуждая разум.
Я открываю глаза. Источник аромата не виден за спинкой кровати в силу моего положения. А вот создатель этого источника просматривается прекрасно – Дэниэл сидит в излюбленном (как я поняла) кресле меж двух потоков света из окон. Он сам похож на тень – с темными волосами, загорелой кожей и черным костюмом. По черному камзолу вьется золотистое шитье. Парень при полном параде, как говорится. Задумчивый. Сосредоточенный. Веки прикрыты, а меж прекрасными темными бровями вот–вот пройдет складка.
- Так приятно меня уже давно никто не будил, - я подаю голос, вырывая его из размышлений, заставляя улыбнуться. – Как долго я спала?
- Двенадцать часов, – он открывает глаза и смотрит на меня. Любопытно, что улыбка была первой. – Приходили врачи, хотели тебя осмотреть. Я их даже на порог не пустил. Не смогли сразу сказать, что не так - нечего лезть, когда все прошло.
Он говорил это с выражением крайнего довольства собой. Видно ему принесло немало удовольствия гонение королевских докторов.
Я выползаю из кровати и первым делом хватаю булочку, заметив, что рядом стоит еще и чашка чая, испускающего тонкую струйку пара. Мило.
- Ты не сильно любишь здешних врачей, – я скорее утверждаю, чем спрашиваю.
- Еще со времен прививок, - с улыбкой подтверждает он, но по глазам я вижу, что есть что-то еще. Что-то посложней прививок.
Я жую булочку, чувствуя, как мое тело выражает свое недовольство по поводу спания в одежде. Это портит мне все удовольствие от чудесного вкуса. Черт.
- Душ, – сквозь полный рот бормочу я, даже не надеясь, что Темный поймет.
- Ты вчера стреляла в его дверь, - не скрывая улыбки отвечает Дэниэл.
Дожевываю я уже на ходу.

- Король интересовался твоим здоровьем, - вот такой не хорошей фразой встречает меня Темный из душа.
Я полностью одета, так как нашла в ванной свою котомку и смогла переодеться. Хоть вещи не сильно отличаются от прежних, но они чистые.
- И ты ему соврал? – я не смогла сокрыть луча надежды в своем голосе.
- Негоже врать королю, - задумчиво проговорил парень, что-то изменилось за время моего отсутствия. – Я просто не сказал ему правды.
И он нахмурился, глядя в пол.
- Тебе не придется долго скрывать, - сжалилась я.
В конце концов: быстрее разберусь с делом, быстрее буду свободна как ветер.
Дэниэл нервно потер запястье:
- Король беспокоится…
Зло щурюсь, прожигая взглядом ни в чем, кроме бестолковой преданности, не повинного парня взглядом:
- Твой король…
- Я знаю, - он обрывает мою речь и поднимает глаза, как никогда похожие на кристаллы. – Пей чай, а то совсем остынет.
С секунду я просто удивленно окидываю его взглядом, потом молча сажусь на небольшую стулочку с мягкой обивкой и покорно беру еще теплую чашку.
Он снова закрывает глаза, откинув голову на спинку кресла. Я бы сказала, что он не выспался, но признаков усталости нет. Задумчивость – пожалуй, лучшее слово, которое может его сейчас охарактеризовать. Наблюдаю украдкой, как слегка подергиваются его ресницы. Любопытство не дает покоя мозгу, пытаясь разгадать причину состояния Дэниэла. Но ответа не будет, поэтому я загоняю вопросы подальше вглубь сознания.
- Так что за работа для меня у короля? – пытаясь отвлечься, интересуюсь я.
- Призрак один… - он замолкает, не открывая глаз.
- Какой? – не отстаю я.
- Не знаю, - легкое движение плеча.
- Врешь. Ты в этой стране знаешь все. И уж все проблемы короля так это точно.
- С чего бы это? – он приоткрывает правый глаз.
- Ну, ты ж начальник тайной службы, как-никак… - я резко замолкаю, понимая, что сболтнула лишнего.
Глаза парня распахиваются, и он резко садится ровно:
- Что?
Отступать поздно:
- Ты же глава тайной службы, - повторяю я, опуская глаза в чашку с недопитым чаем.
- Кто тебе сказал такой бред? – возмущение, удивление, неверие и… чистое сердцебиение.
Что? Сердцебиение? Я замираю, удивленно прислушиваясь.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Чисто, ровно, гипнотизирующе.
Тук! – он замечает мое удивление.
- Это не бред. Перестань, - спокойно поднимаю взгляд. – Я знаю кто ты. И это не обсуждается. Это твоя тайна и я не имею права ее разглашать. Так что успокойся.
Успокойся. Судя по тому, что я слышу – он спокоен как гранит.
- Но…
Резко вскидываю руку ладонью вперед:
- Стоп. Ты знаешь правду, я знаю правду, так к чему этот фарс? Не доверяешь ну и Свет с тобой. Я не собираюсь во все это лезть, мне твои тайны и с приплатой не нужны. Я просто хочу знать, в чем заключается моя работа до того, как мне это пояснить твой ненаглядный король. Чтоб не кинуть в него ножом от неожиданности.
Не знаю, что в моей речи его убедило, толи тон железного пофигизма, толи угроза королю, но он на миг прикрыл глаза, потом резко выдохнул:
- Твоя работа – призрак горничной короля, которая умерла десять лет назад, когда король был еще принцем. Почему она объявилась именно сейчас – неизвестно, но она является ему по ночам, ходит по комнате, напевает песни, потом пытается обнять-поцеловать. Насколько я знаю – у него была с ней интрижка незадолго до ее смерти. Но почему сейчас, после десяти лет? Не известно. Она вроде, как и не опасна, но надоела до чертиков Его Величеству.
- Как она умерла?
- Лихорадка. – Дэниэл пожимает плечами. - Просто не смогли ничего сделать. Хоть король (тогдашний принц) и отдал ее лучшим врачам.
- Ага. Таким же лучшим, что не смогли определить, что со мной, – хмыкаю я, хоть и понимаю абсурдность обвинения.
Что со мной не смог сказать даже Кирнис Мудрый, а значит – не знает никто.
- В те времена они были еще хуже, - парень разочарованно качает головой.
Я ставлю пустую чашку на стол:
- Ладно, пойдем.
- Так скоро? – он удивленно приподнимает брови.
- Скажем, что побежала к Его Величеству сразу как очнулась, - издевательский тон не совсем вяжется с серьезным лицом. – Мне ведь все равно не избежать встречи с ним. Только для начала отдай мое оружие.
Дэниэл молча встает и направляется к шкафчику с оружием. Я тем временем прилаживаю перевязь с новыми ножами к правой ноге. Подняв голову, обнаруживаю перед собой меч. Ножны привычно ложатся на спину, пояс с кинжалами на пояс, еще два кинжала ножны в сапогах. Дэниэл приносит из шкафа плащ, предусмотрительно почищенный. Его я одевать не стала, просто кинув его на руку.
Делаю глубокий вдох и киваю.
Мы идем к королю.

@темы: написано мной, книги, Цитадель глава 2

16:11 

Минутка философской жестокости

"Над нами только небо" (Диран)
Тысячи лет надо мной небеса,
Тысячи лет… поднимаю глаза,
Там, в синеве, средь сокрытых миров,
Кроются тайны забытых мной снов.
Светятся звезды, иль солнце горит –
Будет ли тот, кто меня укротит?
Будет ли тот, кто поднять сможет кнут,
Сколько таких быстрой смертью умрут?
Да, я жестока, убийство – мой хлеб.
Взгляд поднимаю – ищу след комет.
В твердой руке отзывается сталь,
Жизнь человека – то чистый хрусталь.
И так легко оборвать эту нить,
Мига хватает, чтоб все уяснить,
Жизнь прерывается слишком легко…
Мне до покоя еще далеко.
Снова и снова сраженья ищу,
Хоть умирать я совсем не хочу.
Шаг. Еще шаг. До конца пройден путь,
Я смерти познала бескрайнюю суть,
Идущий во тьме, подожди, оглянись,
Пришел твой черед познать новую жизнь

@темы: Темный альбом, написано мной, стихи

21:45 

Темная Цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 2 Тени прошлого (продолжение запись 2)

- Как это возможно? – слова сорвались с губ раньше, чем мозг что-либо осознал.
- Не знаю, - парень пожимает плечами. – Но судя по твоему лицу, ты сейчас ни слова не поняла.
- Ага, – отрицать бессмысленно.
Он окидывает меня долгим, изучающим взглядом. Снова появляется ощущение, что он даже в душу заглянул и внимательно там осмотрелся.
- Странно, – наконец произносит он. – Что же с тобой происходит?
Я честно пожимаю плечами. Потом окидываю его неприступным взглядом:
- Что бы это ни было, это мое лично дело.
- Ох, не думаю…
- И не думай, – я откидываюсь на спину, устремив взгляд в потолок. – Дэниэл, не лезь в это. Я не хочу тебя убивать.
На кровати происходит шевеление и перед моим взглядом появляется лицо Темного, сам он завис надо мной, упершись ладонями рядом с моими плечами:
- Так не убивай.
Он улыбается. Меня начинает настораживать его улыбчивость.
- Если не будешь в это лезть – не убью, – я смотрю на него, но не в глаза.
- Я не могу это оставить. Это может быть опасным для тебя.
Его волосы так красиво обрамляют его лицо, что не хочется портить эту картину, но я подтягиваю ноги к животу и не сильно толкаю его ступнями в торс, сбрасывая с себя. Он заваливается на спину, я перемещаюсь, усаживаясь рядом, доверительно кладу руку его на грудь, прижимая к кровати:
- Я тебя предупредила – не лезь я это. Я сама разберусь со своей жизнью, – говорю серьезно, стараясь его убедить.
Потом встаю с кровати. При принятии вертикального положения меня слегка качнуло. На плечах тут же появились поддерживающие руки Дэниэла.
- Я в порядке, – повожу плечами, намекая, чтоб отпустил.
- Ты бы отлежалась, – мягкие интонации, легкий налет заботы.
- Это не обязательно. Но если ты сам лично пойдешь и принесешь мне поесть чего-нибудь мясного, то я останусь в кровати, - если быть честной, мне вовсе не хотелось ходить по дворцу, показывая, что я уже пришла в себя.
В теле все же присутствовала доля слабости, и бегать за каким-то там призраком (а тем более встречаться с королем) не было никакого желания.
- Не проблема, - он улыбается и уходит.
Подхожу к окну, в попытке понять в каком крыле дворца нахожусь. Пред моим взором появляется яблоневая часть сада. Значит северное крыло. Покои короля через полдворца? Странно. Думала, что глава тайной службы должен быть постоянно под рукой… Яблоки. Отсюда мне прекрасно видно большие, спелые краснобокие плоды. Рот наполняется слюной, и я с трудом подавляю желание тут же побежать к дереву. Ох, рано я Дэниэла отправила! Усилием воли отворачиваюсь от окна, решив отвлечься изучением комнаты.
В апартаментах Темного два окна. Одно со свободным подходом, у которого стоит стол с разложенными бумагами. Оба окна украшают темно-зеленые тяжелые шторы. Довольно большую долю территории занимает кровать. Зачем ему столь огромное ложе я стараюсь не задумываться. У изголовья стоит пара тумбочек с лампами в виде нераскрывшихся бутонов с черными стеблями. Серьезно? У противоположной стены двустворчатый шкаф, рядом зеркало. У соседней стены стол и подставка с оружием. Подхожу ближе – пять разных мечей, набор ножей, стрелы и лук прекрасной работы. Загляденье. Беру лук, накрадываю стрелу, задумчиво оглядываю комнату. Не найдя подходящей мишени просто стреляю в стену. Стрела входит в дерево рядом с точкой, в которую я целилась. Да, лук никогда не был моей сильной стороной.
- Что ты делаешь? – разделяя слова, интересуется вошедший в момент выстрела Дэниэл.
Я поворачиваюсь, быстрым движением опустив лук
- Да так, ничего, – кладу оружие на место, вроде, как и ни при чем.
Он входит в комнату, ногой подцепив дверь, закрывая. В его руках разнос с едой: блюдом с жареным мясом, тарелкой с картофельным пюре и небольшой салатницей с капустным салатом. Графин с компотом (или вином?) и стакан. Я оказываюсь рядом раньше, чем успевает поставить все это на небольшой столик посреди комнаты (что так же получается рядом с кроватью) и выхватываю кусочек мяса. Это оказываются бараньи ребрышки, что прямо таки приводит меня в восторг.
- Ты хоть сядь, - пряча улыбку, советует парень, расставляя пищу.
- Угу, - я уже жую и мне не до того, чтоб обращать внимание на то, что я еще стою.
- Я не сказал никому, что ты очнулась, - он садится в кресло между окнами, откинув голову назад.
- Это так мило с твоей стороны, - бормочу я, одновременно пытаясь жевать (я все-таки села на небольшой пуфик у столика)
- Мне не нужен твой труп на руках, - пожимает плечами Темный, глядя в потолок.
Я молча, сосредоточенно жую, не до разговоров мне сейчас.
Дэниэл тоже какое-то время молчит, потом встает, проходит мимо меня (заставив оглянутся из любопытства), некоторое время изучает торчащую из стены стрелу, потом все же вытаскивает ее и задумчиво изучает наконечник:
- У тебя недостаточная сила натяжения тетивы.
Я аж жевать перестала. Он это серьезно?
- И локоть не правильно ставишь.
- Ты учишь меня стрелять? – проглотив не дожеванное мясо, хрипло вопрошаю я.
- А почему бы и нет? Ты наемница экстра уровня, а стрелять не умеешь.
Он меня сейчас пристыдил?!
- Я и без стрельбы прекрасно справляюсь.
- Я видел, - он кладет стрелу на место. – Но все же…
- Дэниэл, многие твари ходят на четырех ногах, а чтобы их убить, нужно пронзить сердце или отрубить в голову. Это проблематично с помощью лука и стрел.
- Но стрелы могут помочь ослабить существо. Зафиксировать…
- Предпочитаю честный бой, - отрезаю я и возвращаюсь к приему пищи.
Спиной я чувствую его задумчивый взгляд. Пожалуй, Дэниэл единственный человек, которому я доверяю настолько, чтоб вот так спокойно сидеть, зная, что он за моей спиной с кучей оружия. Вопрос только в том, откуда такое доверие?
Когда я заканчиваю с едой, на освободившийся столик (да, я порядочная – тарелки обратно на разнос сложила) со стуком падает перевязь с набором метательных ножей. Почти такая же, как у меня была, только с дополнительным рисунком по лезвию. Загляденье, да и только.
Поднимаю вопросительный взгляд на Темного.
- Бери, - как само собой разумеющееся говорит он. – Они твои.
- Спасибо.
Да, я тоже бываю вежливой.
Руки касаются холодного металла. Легкое покалывание в пальцах – серебро. Клинки удобно ложатся в ладонях и имеют идеальный размер. О лучшем даже мечтать нереально.
-И еще, - парень ловким движением вытаскивает из кармана краснобокое яблоко и протягивает мне на открытой ладони.
Я не могу сдержать улыбки. В этом весь Дэниэл – он словно умеет читать мысли.
Выхватываю у него вкусняшку и с жадностью вгрызаюсь в сочный плод. Яблоко настолько вкусное, что аж мурашки по коже. Где он только такое раздобыл?
Парень тем временем возвращается в кресло между окнами и снова садится, откинув голову назад.
- Еще раз спасибо, - покончив с «десертом», подаю голос я.
Он молча делает легкий жест рукой «да не за что».
Возвращаюсь в кровать, нагло комкаю покрывало, делая себе из него кокон:
- А разве ты не должен быть на работе? – любопытствую, выглядывая поверх покрывала.
Дэниэл опускает голову, получая возможность отвечать глядя на меня.
- Работе?
- Ну, ты же глава столь ответственных организаций… - я замолкаю, пытаясь сформулировать мысль. – Ну, у тебя вроде как должен быть свой кабинет, в котором ты должен сидеть с восьми до пяти…
- Анима, мой кабинет – это вся эта страна, - при упоминании работы в его глазах на миг проявляется усталость.
- Проблемы? – мой тон серьезнеет, сознание сосредотачивается.
- У главы столь ответственных организаций, как ты выразилась, всегда есть проблемы.
- Но на этот раз ведь что-то более серьезное? – не унимаюсь я.
Он слегка прищуривает глаза:
- Не позволяя лезть в твои дела, ты сосредоточено лезешь в мои.
- Я просто хотела помочь.
Его реплика и тон приносят дыхание обиды. Я ж от чистого сердца, что со мною редко бывает. Да, собственно потому и редко, что вот так отвечают, - мрачно напоминаю себе.
- Я тоже, - тем временем продолжает парень. – Всего лишь хотел помочь. Но цена моей помощи – моя жизнь, не так ли?
- Это другое… - но я понимаю, что не права.
Это то же самое. И его так же обижает моя реакция, как и его – меня. Но я не могу позволить ему впутаться в мои дела. Просто не могу.
Он разочарованно качает головой:
- Ты неисправима.
Я молчу. Я не знаю, что ему сказать. Миг распутья. Мне не дает покоя усталость в этих кристальных глазах, но я не могу позволить ему копаться в моих делах…
- Если все же решишь нанять меня просто как специалиста – ты знаешь, где меня найти.
Я отворачиваюсь, повернувшись на другой бок. За спиной раздается сдавленный смешок. Хорошо. И я засыпаю, совершенно не напрягаясь по поводу того, что он там, за моей спиной.

@темы: написано мной, книги, Цитадель глава 2

16:21 

Дереку Хейлу

"Над нами только небо" (Диран)
Всю силу в гнев, закрыв тепло
Во тьме страдающей души,
Хоть было это так давно,
Но это время ты не жил.
Ты быстр и резок, как стрела,
Жестокостью скрывая боль,
Поднявший взор на облака,
Ты хорошо играешь роль.
И нет запретов – всюду смерть,
Хоть это только на словах,
Иной виток пошел теперь,
Открыв улыбку на устах.

@темы: Дерек, написано мной, стихи

17:55 

Темная Цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 2 Тени прошлого (начало запись 1)
Но память как солнце, горит над пургой.
(Мария Семенова)

Огромный черный замок. Знаете ли вы, что если в полдень подойти к его стене (любой стене) и посмотреть вверх, то будет казаться, что солнце горит не в небе, а на центральной башне? Правда – как огромный яркий фонарь! А ночью на ее пике сияет первородная Альда. Защитные стены с внешней стороны настолько гладкие, что кажется, будто камень оплавлен. При этом в них нет трещин, словно это вообще единый монолит. Словно стена просто выросла из земли. Когда светит солнце, черные камни словно впитывают его свет, оставаясь мрачными и блеклыми, а когда небо заволакивает тучами – у них проявляется матовый блеск. Причем говорят, что в особо пасмурную и туманную погоду, когда весь мир белесо серый с оттенком коричневого камни приобретают отражающие свойства и иногда в них можно увидеть мир как в зеркалах.
Вокруг – ватная тишина, словно туман поглощает все звуки. Подхожу к стене и провожу рукой по гладкой поверхности. Камень действительно, словно бы слегка бликует, хоть весь мир поглотил сероватый туман. А еще камень удивительно теплый, словно нагретый полуденным солнцем. Но небо затянуто низкими темными тучами. Кажется, что вот-вот начнется мелкий, затяжной дождик. Несмотря на большое количество влаги в воздухе, сырость не чувствуется. В этом месте мне тепло и уютно. И спокойно. В душе просыпается то удивительное чувство – я дома.
Иду вдоль стены, скользя ладонью по ее гладкой поверхности. Наощупь она как стекло. Вот как? Как можно было добиться такого от камня? В наше время прогресс еще не дошел до таких технологий! Но уже через несколько шагов я забываю о камне, ибо перед моим взором из тумана проявляются врата. Именно «врата» потому как никакого другого слова на ум не приходит.
Массивные железные створки с кованым орнаментом столь высоки, что их навершия потеряны в густом тумане. Детали узора в растительном стиле поражают своими размерами, но если присмотреться – на самом узоре есть еще орнамент и он столь мелок и детален, что только диву можно даваться, как можно было выковать такое великолепие. С глухим, низким звуком створки слегка приоткрываются, словно бы приглашая меня войти…
- Да очнись же ты! Пожалуйста! Очнись!
Голос. Голос, густой как мед, сладкий как нектар, теплый как человеческое дыхание. Этот голос я узнаю из тысячи, из сотни тысяч.
- Дэниэл… - это слово шепотом срывается с моих губ и в нем слышится явная, такая не свойственная мне… ну, почти нежность.
Именно от этого я резко раскрываю глаза. Первое, что я вижу – его обеспокоенное и явно уставшее лицо, обрамленное слегка спутанными темными волосами. Они у него достаточно длинные, чтобы вот так обрамлять склоненное лицо. Зеленые глаза смотрят внимательно и настороженно. На созерцание всего этого великолепия у меня ушло около пяти секунд. Потом где-то еще за секунду мой мозг понял что я:
1) Не в лесу.
2) Полулежу спиной на Дэниэле, а его руки оплетают меня, словно бы он меня удерживал.
3) Мы в огромной кровати с бархатным балдахином темно-зеленого цвета с рисунком чуть более светлыми нитями.
4) Мое оружие куда-то подевалось.
И все эти пункты совершенно не укладывались в моей голове, помнящей лишь лес и бой с Арком.
Наверное, вся степень удивления и шока отразилась на моем лице, так как уголки губ Дэниэла слегка поползли вверх, и выражение крайнего беспокойства сменилось на выражение чуть более слабого беспокойства.
- Ты потеряла сознание сразу после боя. Мы доставили тебя во дворец, где я тут же отнес тебя врачам. Но они лишь руками развели, не обнаружив на тебе никаких повреждений не считая уже почти зажившей царапины на руке, – при упоминании врачей в его глазах проскользнула столь сильная злость, что в моем воображении появилась картинка, как он на весь дворец орет на нерадивых докторов.
Но уже через миг его глаза снова светились лишь тревогой, и я мысленно осмеяла свое предположение – Дэниэл слишком непробиваем, чтоб орать на кого-либо из-за чего либо. Тем более из-за меня.
- И мне не оставалось больше ничего, кроме как отнести тебя в свою комнату и просто ждать, что ты всеже очнешься, – тем временем закончил он.
Стоп. Это ЕГО комната? Я слегка повела глазами – ох, и как я не догадалась? Кому же еще в королевском дворце может принадлежать комната в столь темных тонах? Но почему я здесь?
Похоже, этот вопрос тоже отразился на моем лице, так как Темный продолжил:
- Все это время я следил за твоим состоянием и покоем. Эта комната – единственное место во всем дворце, где тебя не побеспокоят, пока я не разрешу, – тут на его лице появилась улыбка. Чистая, буквально светящаяся улыбка! – Я ответил на все твои вопросы?
Я склонила голову набок, скользнув по нему затылком:
- Почему мы с тобой в таком положении? – у меня проявился голос, но говорила я тихо, почти шепотом.
Его взгляд невольно скользнул по нашим телам.
- Потому что я держал тебя, Анима.
Я вопросительно приподняла брови.
Он снова улыбнулся (что-то как-то странно, чего это он так разулыбался?):
- Потому что ты кричала и металась по кровати. Я боялся, что ты навредишь себе.
- Я… что я делала? – сказать, что от его слов на меня снизошел шок, это ничего не сказать.
- Ты металась в беспамятстве. И кричала. Потом что-то бормотала и снова кричала. Я… - он слегка замялся, словно подбирая слова. – Тревожился.
- И что я бормотала?
- Что-то, - он даже слегка пожал плечами для правдоподобия.
- Дэниэл, - в моем голосе появилось предупреждение. – Не ври мне. Ты знаешь что-то. Говори.
- Анима, тебе ли мне угрожать? Ты же лежишь в моих руках ослабленная и только что пришедшая в себя, – он даже слегка рассмеялся.
Но его смех резко оборвался, когда я в мгновение ока оказалась на нем, прижимая к его горлу кинжал:
- Дэниэл, если я не вскочила сразу после осознания твоей непосредственной близости, еще не значит, что я ослаблена, - на моих губах появляется слегка ехидная улыбка.
Второй рукой я чувствовала, что его сердце бьется все так же ровно, а лицо слишком спокойно для человека, к чьему горлу приставлен нож.
Да, он прекрасно понимает, что на самом деле никакой угрозы нет – его руки свободны, и он может меня блокировать. Да и я не убью его пока не получу информацию. Да и убить главу тайной службы прямо во дворце слишком рискованно. Да и не буду я его убивать. Но из всего, что он мог сделать или сказать он выбрал самое неожиданное.
- Так почему же ты осталась?
Этот вопрос повергает меня в ступор. Почему я осталась? Да потому что… потому… Я смотрю на него. Он жутко красив. Даже вот такой - уставший, с тенями под глазами. С растрепанными волосами, разметавшимися по подушке. Почему я осталась? Потому что мне было уютно. Уютно и тепло в его руках. Но ему я этого не скажу. Никогда.
Его руки на моих икрах. Опасно. Но это же Дэниэл.
- Ты не ответил на мой вопрос, - напоминаю я.
Настолько ли хорошо я тебя знаю, Темный?
Он молчит, так же как и я до этого. Обдумывает, просчитывает варианты.
Что же я там такого бормотала, что он так отказывается мне говорить?
- Я не расслышал.
О да, Темный, я прекрасно тебя знаю!
- Да ладно? Так уж и не расслышал? – улыбаюсь я.
- А откуда у тебя нож, Анима? – еще один вполне-таки неожиданный вопрос. Неужели не догадался? Неужели не почувствовал?
- Это твой нож, Дэниэл. – я приподнимаю клинок, показывая ему.
Быстрое движение и вот я уже прижата к кровати, а нож у моего горла. Темный смеется.
Слишком много улыбок с его стороны. И уж тем более смеха. Может, что крупное в лесу само сдохло?
- Ты слишком доверчива, Анима.
У его горла тоже появляется лезвие:
- А у тебя есть еще один нож.
- Вообще-то их у меня четыре, - спокойно заявляет он.
- Я в курсе, – я на миг оскаливаю зубы в подобии улыбки. – Так что ты слышал?
- Ты повторяла, как сильно любишь меня.
Тон спокойный, но моя рука все еще на твоей груди и твое сердце говорит мне, что ты лжешь, Темный.
- Не верю. Что не дает тебе сказать мне правду?
- У меня есть на то причины, – он спокойно пожимает плечами, словно к его горлу не приставлен нож.
- Но это мои слова, так может мне стоит о них знать?
- Думаю, не стоит.
- А ты не думай, ты говори.
- Анима, это глупый разговор.
- Да. Не повторить мне мои же слова – глупость еще та, – я киваю, словно у моего горла нет ножа. – А еще большая глупость беседовать, приставив друг к другу лезвия.
- Так убери свое, – у уголках его губ таится улыбка.
Я молча убираю нож и подняв руки в знак капитуляции, вызвав у него всплеск удивления. Придя в себя от моего хода, он тоже убрал нож, после чего скользнул ладонью по моей руке и забрал мой. Перекатился и сел, глядя на меня своими кристальными глазами. Как у человека вообще могут быть такие глаза?
- Доволен? – я приподнимаюсь на локтях, чтоб лучше его видеть.
- Нет, - он слегка качнул головой в знак отрицания. – Ты же сейчас снова начнешь допытываться.
- Ато! – я злорадно улыбаюсь.
- Ну, зачем тебе это знать? – в его голосе появляются крадущиеся интонации.
Я закатываю глаза к потолку:
- Дэниэл, ну что тебе стоит просто повторить то, что я говорила?
- Ты действительно хочешь это знать? – он становится жутко серьезным, ни тени той игривости, которая еще секунду назад таилась в его глазах.
- Да, – без колебаний киваю я.
- Повторить? – он слегка прищуривается, словно дает возможность избежать явной ошибки.
- Да! – моя уверенность непоколебима.
И он повторил. Походу слово в слово. С выражением мрачного торжества на лице. И… я ничего не поняла.

@темы: Цитадель глава 2, книги, написано мной

14:24 

Темная Цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 13)

Я не видела Дэниэла более полугода, но та «последняя» встреча – лишь мимолетный взгляд проходящих мимо людей. Так, чтобы мы сказали друг другу хоть слово, прошло… да, это было в тот самый раз, когда он отговаривал меня идти к Руинам (так теперь называется место, где раньше была Цитадель). По возвращении я так и не решилась ему признаться, что чуть не погибла в той схватке. Что выжила по неизвестным причинам, хотя должна была умереть. Что он был чертовски прав, когда говорил, что это дело меня убьет. Более того, я старалась избегать встреч с ним из нежелания ему врать, но и невозможности сказать правду. И вот сейчас, когда мы едем бок о бок, во мне время от времени возникает страх, что он спросит. Но я напоминаю себе, что на самом-то деле не обязана отвечать. Он мне никто. Да, именно никто. Просто знакомый, которому нельзя смотреть в глаза. Он так и не стал для меня другом, не является родственником, а о некой романтике и речи быть не может. Просто знакомый, перед которым я не должна отчитываться.
- Привал!
Даже приказ он отдал спокойным голосом, лишь немного громче, чем говорит обычно. Это парень никогда не кричит? Интересно, его вообще можно вывести из себя? Взбесить, обидеть, заставить растеряться? Хоть как-то пошатнуть ту гранитно-алмазную плиту уверенности и спокойствия, на которой он стоит намертво приклеенными ногами?
- Что? – спокойный вопрос и прямой взгляд заставляют меня моргнуть и осознать, что я уже некоторое время слежу за ним с сосредоточенно-задумчивым выражением на лице.
- Ничего, – я спрыгнула с коня с видом, словно ничего не произошло. – Надеюсь, у вас есть нормальная еда?
- Арнон поймает нам ужин. – Темный указывает на одного из своих ребят.
Тот тут же кивает и уходит в лес.
Я оглядываюсь. Место для ночлега выбрано шикарно: небольшая полянка в стороне от дороги, но не слишком далеко. В центре – круг из камней – путешественники любят это место и даже устроили для удобства кострище. Если честно, я бы никогда не выбрала столь известную всем стоянку. Да и по дорогам я редко хожу. Но на то они и стражники, чтоб поступать противоположно наемникам.
Коня у меня забирают сразу. Толи боятся что сбегу, толи что он ко мне привыкнет. И вообще меня ни к чему не допускают. Чтож, прекрасно. Устраиваюсь в сторонке, привалившись спиной к дереву, и наблюдаю за суетой моих «пленителей». Ребята работают слаженно и быстро, Дэниэл им что-то показывает и вообще координирует действия. Обращается по именам. Именно это причина столь внимательного моего наблюдения. Десятка Темного – мужчины одного типа сложения (ну, различия конечно есть, но до жути незначительные). Одежда одинаковая – облегающие брюки и куртки, перчатки, головные уборы и повязки на лице. Если бы не знаки короля их спокойно можно было бы приять за разбойников. То, как спокойно он их различает, говорит о том, что он уже давно с ними работает. Это сильно удивляет, учитывая его возраст. Я никогда не видела лиц его людей. Кто они? Сколько им лет? Они его друзья с детского сада? Мне вдруг до жути захотелось все это выяснить. Но я лишь тихо наблюдаю. Особое внимание привлекает Дэниэл – единственный, кто не носит маски. Он уверен в себе и спокоен как всегда. И как всегда чертовски красив. Не понимаю, как можно трое суток не спать и остаться столь привлекательным? Может он не человек? Но я знаю этого парня – он стопроцентный человек. Столь хорошо никто не смог бы скрываться. Тем более что король никогда бы не взял должность главы тайной службы никого, кроме человека. А значит, Дэниэла проверили по всем статьям и признали в нем человека. Может они как-то умудрились пропустить ген эльфа?
От столь занимательных размышлений меня отвлек тот факт, что предмет моих размышлений идет в мою сторону со странным выражением на лице.
- Анима, пожалуйста, перестань сверлить меня взглядом, – мягко просил он, подойдя максимально близко.
Пару секунд я просто продолжаю на него смотреть снизу вверх. С такого положения он кажется дико высоким (он и так выше меня, но остальные бы охарактеризовали его рост не таким уж и высоким).
- А что мне еще делать? – добавляю в голос намек на раздражение.
- Просто перестань за мной следить, хорошо? – он слегка приподнимает свои прелестные брови в вопросительном жесте. – Это отвлекает.
Я уже хотела ляпнуть, что-то весьма не разумное, как из леса влетел Арнон с криком «Монстр!»
Я моментально вскакиваю, но замираю, шокированная реакцией Дэниэла. Он меня… защищает?
Дело в том, что первое, что он сделал - это развернулся и замер в боевой стойке. Так, что я оказалась за его спиной, под защитой. Обалдеть, честное слово!
Но тут из леса выскочил тот самый «Монстр». Это был оборотень. Точнее оборотень-медведь, класс Б (имеющий «боевую» ипостась). Еще точнее это был Арк – мой заклятый враг.
Десятка сработала слаженно и быстро – нас с Дэниэлом окружили защитным кольцом, которое тут же ощерилось взведенными арбалетами. Но я знаю, что это все бессмысленно.
Моя рука ложится на плече Темного:
- Дэниэл, - я говорю тихо и спокойно, можно сказать даже мягко. – Вы должны остаться здесь и ни в коем случае не вмешиваться в бой. Даже если я буду при смерти. А еще лучше – бегите.
Он поворачивает ко мне голову. И меня на секунду выбрасывает в прошлое – такой же взгляд был у него тогда, когда я уходила к Руинам.
- Я не дам тебе сражаться с ним одной.
- Дэниеэл, - в моем голосе проявляется сталь. – Я наемник экстра уровня. Одиночка. Если вы влезете, то и сами погибнете и мне не дадите драться по полной. Поэтому сидите здесь и не рыпайтесь!
Надо отдать должное Арку – он лишь ходил туда-сюда, пытаясь найти брешь в частоколе арбалетов и непрестанно рычал.
Я выхожу из под защиты, медленно вынимая клинок из ножен:
- Если рыпнется – держите, – эту фразу я адресую людям Дэниэла, хоть и не думаю, что они меня послушаются. Подхожу ближе к оборотню: - Зря ты пришел, Арк.
Он смеется. Хоть это совсем не похоже на смех – его тело характерно подрагивает, но из горла вырываются лишь короткие взрыкивания. Столь деформированное горло не в состоянии смеяться.
- Я побеждал тебя раньше, - его голос сильно изменен, а слова почти не понятны. – Теперь я тебя убью.
Бедняга, он встречался со мной еще до Руин.
Медведь нападает. Просто бросается ко мне с рыком и раззявленной пастью. Вообще-то, на этом наш бой и закончился бы – теперь я могу двигаться с достаточной скоростью, чтобы просто вогнать ему в горло меч. Проблема заключается в одиннадцати парах лишних глаз, неотрывно за мной следящих. Если они увидят мою возможную скорость – я точно буду заперта в лаборатории. И это не считая мучительной боли, которая последует за столь сильным напряжением. Поэтому я просто откатываюсь кувырком в сторону, походя резанув его по правой передней лапе. Оборотень воет от боли, но тут же пытается подмять меня под себя и затоптать. Вскочить я не успеваю, но вот снова перекатится и толкнуть его ногами в бок – да. При соприкосновении с ним из моих подошв снова выдвигаются маленькие лезвия, тут же защелкнувшись назад. Но он снова воет и заваливается набок, позволяя мне подняться на ноги. Мы вскакиваем одновременно, но теперь не спешим нападать. Он понял, что я слегка подучилась за прошедшие три года, а я не буду нападать первой. Кружим по поляне, не сводя друг с друга глаз. Мысленно прикидываю, как бы мне его завалить и не упасть потом с криком боли. То, что подобное видел Дэниэл еще не значит, что данный факт пойдет по ушам. Но вот если это увидит еще и его десятка... Кто-то, да проговорится. Не хочу потом убивать людей Темного. Просто не хочу.
Арк снова нападает. Теперь он действует с долей стратегии – сначала делает ложный выпад, тут же отскочив назад (неужели он действительно рассчитывал, что я ударю пустоту и откроюсь?), потом нападает уже всерьез, замахиваясь лапами. Отточенным движением отскакиваю назад. Он естественно ловит пустоту и подставляет спину. Недолго думая, вгоняю в нее клинок по самую рукоять. Вот именно, что недолго думая – в сердце не попадаю, он дергается, и я падаю, оставив меч в спине медведя. В стороне слышится вскрик – Дэниэл! Ох, как же это отвлекает! В результате замешкавшись на миг, я не успеваю вскочить на ноги. Медведь нападает. Я встречаю его морду вскинутыми ногами и изо всех сил толкаю его ступнями, снова резанув мелкими лезвиями подошв. Удар такой силы явно аукнется мне после боя, но выбирая между смертью и раскрытием, я выбираю раскрытие. Но медведи – страшно сильные животные. А оборотни медведи – вообще слов нет. Поэтому моего удара хватает только на то, чтобы отшатнуть его. Ох, мне придется поднапрячься, чтоб завалить его. Но… ответ приходит неожиданно:
- Дэниэл! – я снова бью ногой в медвежью морду, чувствуя, как в глазах начинает разгораться зеленый огонь. – Уводи людей!
- Я не брошу тебя! – в его глазах гранитная упертость.
- Уводи! Людей! – я кричу. Кричу раздраженно и приказным тоном.
Ну же, Темный, ты ведь не будешь со мной спорить?
На миг он замирает, явно борясь с собой, потом кивает:
- Уходим!
Отрад слаженно растворяется в лесу. Мой маневр приносит неожиданный результат: медведь замирает, явно удивленный моим поведением.
А, ну да, со стороны это выглядит как странность – прогонять помощь, а не просить ее. Но он еще не знает…
Я поворачиваю к нему голову. В глазах – зеленый огонь:
- Поиграем? – голос становится чуть ниже, проявляется хрипение.
И я отпускаю свою силу. Да, после боя я взвою от дикой, разрывающей боли, но сейчас на моих губах убийственная улыбка – я вышла на охоту!
Резкий удар ногой – медведь заваливается на бок. Его реакция заторможена удивлением – он не ожидал света в моих глазах. Но он быстро приходит в себя – я успеваю выхватить кинжалы (сегодня я достала второй), но не успеваю нанести удар. Замираю в стойке с кинжалами наизготовку. Арк снова атакует… Мы выкладываемся по полной – никогда не использовала столько силы. Чую – аукнется мне все это, ох, аукнется. Но сейчас меня захватывает какой-то азарт боя. Уже не хочется просто убить противника – хочется драться. Я не стараюсь ему навредить – я стараюсь принести ему боль. Легкие надрезы кинжалами – дикий вой медведя, как музыка для ушей. Он старается меня достать, но я слишком быстра. Ох, если бы я так дралась с тем трехголовым зверем… Но такие отвлеченные мысли быстро покидают голову. Уворот-удар-порез-отскок-блок… Это длится довольно долго. Я играю, я танцую, я – движение. Он уже почти весь в крови, его выпады замедлены, ослаблен сильной потерей крови. Меч из него я вытащила, но в основном работала кинжалами.
И вот он падает. Просто заваливается набок и лежит тяжело дыша. Я подхожу, и секунду просто стою над ним. Потом резво вгоняю меч ему в сердце. На миг он напрягается, потом тело расслабляется – он мертв. Провожу стандартную процедуру – на этот раз просто рисую пальцем на шерсти символ смерти. Отхожу и…
- Анима, что это было?
Ох, подсознательно я чувствовала, что он вернулся, что он наблюдает за мной. Я поднимаю взгляд. Он вышел из-за дерева и идет ко мне. Видит свет? Или все-таки еще слишком далеко? Но уже через миг все это становится неважно – меня накрывает. Адская, дикая боль пронзает тело и распространяется по всем клеточкам, проникая до мозга костей. Несется с кровью по венам, пульсирует в сердце, обжигает легкие. Я падаю. Нет, не на колени. Я валюсь на землю полностью, перекатываюсь. Мою спину выгибает дугой, и я кричу. Кричу так громко, что и сама от себя не ожидала. Или может это просто мой слух снова стал чувствительным? Где-то на задворках сознания я знаю, что Дэниэл подбежал ко мне. Что он зовет меня. Что он что-то мне кричит (Дэниэл? Кричит? Чудо!). Но перед моими глазами – лишь черный замок, а в ушах – шепот тысячи голосов. Я вырубаюсь.

@темы: Цитадель глава 1, книги, написано мной

08:32 

еще стих

"Над нами только небо" (Диран)
Идущий вдаль

Полет сквозь пустоту планет,
Идущий вдаль, сокрой свой след
И сердце больше не стучит.
Беззвучный крик. А кто кричит?
Полет лишь вниз, А взлета нет,
Судьбы каприз? Чудной дуэт.
Идущий вдаль – не оглянись,
Потупив взор, уходишь вниз.
В тенях узор, на свете – блик,
Идущий вдаль закрыл свой лик.
Мерцает грань – горит свеча,
Удар о стену сгоряча.
Блестит слеза… А, нет - мираж.
Ведь лед в душе – надежный страж.
Звучат шаги, огонь погас,
Идущий вдаль, настал твой час.

@темы: написано мной, стихи, темный альбом

19:53 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 12)

В деревне нас уже ждет его десятка, пришедшая в себя и тут же наставившая на меня арбалеты, на что я им лишь убийственно улыбнулась, как бы говоря «Одни и те же грабли, ребята. Одни и те же грабли». Поравнявшийся со мной Дэниэл хмуро махнул рукой со словами:
- А с вами я в столице поговорю.
Тон его, мягко говоря, грозовой. Ну да. Лучшая десятка и не смогла меня удержать. Право слово, я едва не рассмеялась. Я побеждала таких тварей, которым эти ребята на один клык. Нет, они, конечно, лучшие, но для борьбы с врагами королевства. Человеческими врагами. Для иных есть мы – наемники Н-класса. А мы одиночки в большинстве своем, в отличие от стражников, чья сила, зачастую в количестве.
От десятки прокатилась волна страха, едва не заставив меня пошатнутся. А они боятся его. Видно Дэниэл строгий руководитель.
- Пороть их будешь? – спрашиваю тихо, но все равно заслуживаю укоряющий взгляд Темного.
- Вообще-то это не твое дело. Но нет, не буду.
Какой-то он мрачный. Словно и не рад, что задание выполнено. Взгляд в землю, брови слегка нахмурены, губы сжаты… Что не так?
Я же вот не выгляжу как темная грозовая туча. А должна бы, ибо мне предстоит путешествие ко двору. А оно мне, мягко говоря, не нужно.
- И как мы будем добираться? – стараюсь выглядеть жизнерадостно, сама не знаю почему.
Ответ на мой вопрос вывели местные жители – двенадцать отборных скакунов.
- Серьезно? – не выдерживаю я. – На лошадях? Дэниэл, ты ведь шутишь?
- Успокойся, Анима. Мы едем верхом только до ближайшего телепорта и уже завтра после полудня мы будем при дворе, – спокойный голос Дэниэла никак не вяжется с его видом, но сейчас это не главная моя забота.
- Ни одна из этих перспектив меня не радует, Дэниэл. – я тоже хмурюсь, пытаясь привыкнуть к мысли, что скоро буду при дворе.
Мы выезжаем, как только все лошади готовы. Мне достался черный жеребец с характером, но мы быстро поладили.
И потянулись часы молчания, хмурых лиц, и косых взглядов. Десятка не может просто так взять и принять факт того, что какая-то девка двадцати двух лет отправила их в нокаут. Ох, чувствую, ночь сегодня будет не из легких.
Дэниэл едет с выражением отстранения от всего мира. Я буквально слышу как в его голове крутятся шестеренки. Легкий ветерок шевелит его волосы, но растрепать их силы не хватает.
Я заставляю своего коня поравняться с его (предварительно окинув презрительным взглядом одного из людей Темного, попытавшегося меня остановить):
- Так зачем я понадобилась королю?
Целую секунду мне кажется, что он сейчас рассмеется. Но он просто возвращается к крадущимся интонациям в голове:
- А ты не пробовала это выяснять перед тем, как набрасываться на моих людей, убегать, и соглашаться на поездку?
- Нет. Эти действия были бы произведены в любом случае. И если бы мне повезло, мне вообще не пришлось бы узнавать цель визита.
- Анима, тебе в любом случае пришлось бы…
- Просто ответь. Без нотаций.
- Это не нотации. Но хорошо. Король желает тебя видеть. У него там какие-то проблемы с призраком.
- Призраки – не совсем моя квалификация, – я сокрушенно качаю головой от осознания королевской глупости. – Я предпочитаю материальных противников. Да и при дворе ведь есть маг, так на кой ему я?
- Он запросил тебя, – пожал плечами Темный. – Не моя забота зачем.
- Ох, ты же знаешь, зачем я ему на самом деле, – я кривлюсь от недовольства.
- Анима, ты сама избрала этот путь. Смирись с последствиями.
- Так пусть же и король смирится с моим выбором.
- Король не из тех, кто должен с чем-то мирится.
- Я тоже.
- Где твои ножи?
- Пялился на мои ноги? – я улыбаюсь, довольная, что он не смог меня сбить с толку сменой разговора.
- Ты меня знаешь.
Больше он ничего не говорит. Да, Дэниэл из тех людей, которым больше ничего не нужно говорить. Потому что я знаю ответ на свой вопрос и без его слов. Он осмотрел меня с ного до головы, ответив каждую складку одежды. Но не потому что ему нравится мое тело, а потому что только так он мог выяснить точное количество оружия на этом самом теле.
Мы замолкаем, каждый погруженный в свои мысли.
Я не думаю, что мое возвращение ко двору это хорошая идея. Во-первых, мне не избежать промывки мозгов от нашего дорогого короля, во вторых – не сейчас. Не когда я меняюсь, не зная, что со мной происходит. Если при дворе заметят хоть что-то, то меня запрут в лаборатории и будут исследовать как крысу, мотивируя это тем, что якобы пекутся о моей безопасности. Голос разума на затворках шепчет, что вообще-то мне не помешало бы пройти квалифицированное исследование и наконец, узнать, что со мной и чем мне это грозит. Но те ведуны у которых я была не смогли дать ответа и сама я ничего не нашла ни в архивах ни в библиотеках. Зеленый свет в глазах… Признак ведьм и эльфов леса. Но я с уверенностью могу сказать, что я не то и не другое. Так что же я? Точнее, что со мной? Ведь раньше этого не было. Простая девушка с простыми возможностями. Заносчиво переоценившая свои возможности и взявшая задание, которое ей не по плечу. И провалившая это задание абсолютно и бесповоротно.
День выдался теплым, но чем ближе подходил вечар тем больше холодало. Середина октября дает о себе знать. Я знала, что мы будем останавливаться на ночлег, потому как если ехать без остановок мы прибыли бы к телепорту намного раньше. С одной стороны мен нужно не перенапрягаться сейчас и вести себя очень осторожно, с другой – хочется как можно быстрее покончить с этим королевским делом.
- Обязательно останавливаться? – я снова доганяю Темного.
- Анима, то, что ты очень сильная девушка не значит что и мы такие отдохнувшие, – в его мягком голосе проявляется легкая хрипотца. – Мы уже третьи сутки не спим в погоне за тобой.
- Сейчас должен последовать комментарий от твоей десятки, гласящий «Именно поэтому ты так легко меня побила».
- Они будут молчать пока я не дам им слово или пока не появится опасность. Они, в отличие от тебя, на работе.
- Ты держишь их в ежовых рукавицах? – мои губы трогает улыбка. – Это так на тебя похоже.
Он лишь приподнимает уголки губ в загадочной улыбке.

@темы: написано мной, книги, Цитадель глава 1

06:10 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Бегу по небу, впереди лишь мрак,
В сиянье солнца - черный дым,
Отбывший множество атак,
В душе - погибший молодым.
Мой дом сожгли, я не успел.
Руины каменных колон...
Я так спешил, я так хотел
Не слышать колокольный звон.
Солдатов нет - они ушли,
Лишь серый пепел, запах - страх.
Как допустить ОНИ могли?
Тот горький привкус на устах...
Я буду помнить сквозь века
Сиянье черных, милых стен.
От раны этой нет лекарств.
Я вместе с замком тем сгорел.

Рассказано оставшимся в живых темным.

@темы: стихи, написано мной, Цитадель

21:13 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 10)

Утро здоровается со мной дико яркими лучами солнца, сменяющими приятные предрассветные сумерки. Как только солнечный свет касается окон дома, на крыльцо выходит староста, глядя на меня вопросительным взглядом.
- Дело сделано, – мой тон слегка резковат, но это оправдано тем, что мне пришло так долго тут задерживаться, вопреки своему желанию убраться подальше.
- Пойдем, позавтракаете и получите плату, – он жестом приглашает меня в дом.
Да, позавтракать не мешает. Я поднимаюсь с крыльца и вхожу в дом, хоть что-то внутри меня настойчиво нашептывает «уходи».
Завтрак - манная каша и пирожки с яблоками - оказался вкусным (толи и вправду хорошо готовят, толи оголодала я). Но главный сюрприз обнаруживается, когда я, забрав свою плату, выхожу во двор, где меня встречают десять бравых парней. Выстроившись плотным полукругом, они целятся в меня из многозарядных арбалетов. Ребята в полном обмундировании, при знаках короля на плечах. Королевская стража. Чего?? Но мое удивление и непонимание рассеиваются, как только я замечаю стройную и до жути знакомую фигуру, спокойно стоящую за ощерившимся стрелами полукругом. Увидев, что я его заметила, он выходит вперед, заставив парней податься в стороны.
На долю секунды наши глаза встречаются. И сотни, тысячи слов, которые никогда не будут произнесены, пролетают между нами. Его мысли, эмоции, чувства, ударяют меня, перехватывая дыхание. Лишь краткий миг не существует ничего, кроме нас двоих… Но потом он прикрывает веки, обрамленные густыми темными ресницами, и мир вокруг нас проявляется вновь. Связь разорвана, я снова крепко стою на ногах.
- Дэниэл. – в моем голосе сладкий яд. – Твои парни целятся в меня из арбалетов.
На его прекрасном лице мелькает улыбка. Лишь на миг его идеально очерченные губы изгибаются, и снова замирают в вечной серьезности.
- Они лишь выполняют свою работу, Анима. – его голос мягок, но он всегда так говорит.
Анима… Так меня называет только он. И что это значит – загадка для всего мира. Загадка, решения которой нет. Отбрасываю мысли об этом, переходя к загадке, ответ на которую могу получить здесь и сейчас:
- Зачем вы здесь?
- Мы пришли за тобой, – в уголках его губ таится улыбка.
Он знает…
Местные толпятся в тенях домов, с любопытством и опаской наблюдая за разворачивающейся картиной.
- Зачем я вам, Дэниэл? – мой голос тих, а рука сжимает в кармане сюрикен.
- Король желает тебя видеть, Анима.
Я прыгаю. Со стороны это смотрится как нечеловеческий прыжок, но мне это не составило особого труда. Наши тела стыкаются, и мы падаем в пыль. Мой кинжал у его горла… нет. Он перекатывается, подминая меня под себя, и исхитряется отвести руку с кинжалом. Бью его локтем свободной руки в висок (слегка промахиваюсь) и снова оказываюсь сверху. Но это ненадолго…
Думаю, посмотреть на битву главы королевской стражи и наемника Н-класса экстра уровня сбежалась вся деревня. Но им вряд-ли было много чего видно – десятка обступила нас кольцом и арбалеты все еще целились в меня. Они не стреляют, значит приказано привести живой.
- Прости, Дэниэл, но у меня другие планы, – шепчу я, когда в нашем перекатывании наступает легкое затишье.
- Не прощу, – он мгновенно оказывается сверху. – Ты пойдешь со мной, Анима меа.
- С тобой – хоть за край света, – я смеюсь, легким движением отталкиваю его и замираю, припав к земле, как зверь. – Но не к королю.
Он замирает напротив в аналогичной позе, глядя на меня своими гипнотическими кристаллически-зелеными глазами, в которых плещется смех.
Мы могли бы драться вечно, ведь проблема в том, что мы не желаем друг другу вредить. Но он знает, что если речь идет о короле – я смогу пересилить себя и… Я бросаю пыль в эти прекрасные глаза, мысленно прося прощения, и нападаю на его людей. Вот этих у меня нет причин щадить. Но все же я не причиняю им большого вреда – только вывожу из строя…
И к тому моменту. Когда он протер глаза – меня уже нет.

@темы: книги, Цитадель глава 1, написано мной

21:10 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 9)

Просыпаюсь от назойливого шепота в голове. У темного наречия странное звучание. Певучее и резкое одновременно. Картина черного замка горит под веками. Иногда это начинает меня беспокоить.
Выхожу на улицу с последним лучом солнца, едва успев увидеть, как он угасает. Черт, сегодня я пропустила закат.
На крыльце сидит староста. Она напоминает сторожевую собаку. Долгую секунду внимательно его изучаю, в ответ на промелькнувшую мысль «а не от вурдалачьей ли природы он так похож на пса?» Но нет. Он пес. Сторожевой пес, охраняющий свой двор. А вурдалак – подобие волка.
- Идите в дом. Пришло мое время, – впервые мой голос приобретает мягкий акцент.
Видно, что он устал. Перед тем, как уйти, он берет мою руку, вблизи изучает браслет и устало произносит:
- Женщины редко доживают до твоего уровня. Это вызывает недоверие. Прости. И убей эту тварь.
Он уходит, заложив во мне подозрение, что вурдалак и до него достал. Но меня не волнует, кому и что он сделал. Моя задача проста – убить. Вот и все дело.
Выхожу на середину площади и единым движением ложусь на спину. Чувствую, как по мере того, как чернеющая синева накрывает небо, мои глаза становятся зелеными. Стараюсь дышать медленно и глубоко, пытаясь загнать это изменение обратно вглубь. Я знаю, что следует за изменением глаз. Боль. Дикая боль. Отстраненная часть сознания констатирует, что раньше глаза изменялись только после сильно нагрузки. И замок появлялся реже.
«Это прогрессирует» - шепчет внутренний голос. – «С этим нужно что-то делать».
Но я отметаю эти мысли и просто слушаю. Слушаю, как постепенно замолкает гомон людей в домах, как мир накрывает ночная тишь. Замолкает собака, лаявшая где-то на другом конце деревни, замолкают гуси, раскричавшиеся минуту назад, замолкает все. И вот над покрытым тьмой миром настает тишина. Теперь только мое дыхание и стук моего сердца.
Тук-тук.
Тук-тук.
Тук-тук.
Вдох. Выдох. – Дыхание не мое. Он здесь, где-то рядом, тоже слушает мое сердце.
Тук-тук.
Тук-тук.
Он знает что я слышу его. Я знаю, что он слышит меня. Но никто из нас не подает виду. Чем это закончится? Кто-то должен сделать первый шаг.
Я встаю. Возможно, он все же считает, что человек не способен слышать его дыхание с такого расстояния. Он прав. Человек не может. А я могу. Хоть и человек. Стоит попробовать на этом сыграть. Осматриваюсь по сторонам, и иду к ответвлениям улиц. Не прямо на звук, но и не в противоположную сторону. Так, словно бы ничего не знаю. Так, словно просто решила пройтись.
Я иду по улицам, слыша, как он идет рядом, чувствуя, как он наблюдает за мной. Пытается вычислить, насколько близко можно подобраться, чтобы я не услышала. Из нашей прошлой встречи он знает, что у меня быстрая реакция. И слух лучше, чем у среднестатистического человека. Но вот насколько лучше – для него загадка. Я задумываюсь, а на кой черт я так осторожничаю с каким-то вурдалаком? Он не так силен, чтоб я так переживала. Но разум напоминает, что я ранена и мне не стоит сейчас рисковать по мелочам.
Он приближается, двигаясь параллельно мне. «Ну же» - мысленно прошу я – «Нападай»
И он не выдерживает. Я слышу, как он взбирается на крышу, пару шагов крадется по кромке, наблюдая за мной, проверяя, не услышала ли я его. Но я продолжаю просто идти. И он прыгает. За секунду его полета мои глаза вспыхивают зеленью и я со скоростью, которой даже сама от себя не ожидала, выхватываю меч. Его встречает уже обнаженный клинок, прошедший точно сквозь сердце. Он коротко взрыкивает и я отталкиваю его, заваливая на землю. Вообще то, его веса должно было хватить, чтобы завалить меня на спину, но зелень в моих глазах придает мне сил. Довожу дело до конца – коротким движением отрезаю ему голову. И роняю меч. Вот она – расплата за силу – дикая боль пронзает тело, в сознании вспыхивает картина Темной Цитадели, шепот в голове гудит пчелиным роем… Все исчезает так же резко, как и появилось. Делаю медленный, глубокий вдох и сжимаю зубы в приступе бессильной ярости. Это усиливается. С каждым новым делом, с каждой новой смертью. Все сильнее и сильнее. И я ничего не могу с этим поделать. Ярость прорывается в низком, глухом рыке. Не думала, что человеческое горло может издавать такие звуки. Поднимаю меч и иду к дому Совета. Дело сделано. Больше меня здесь ничего не держит. Но мой стук усиленно игнорируют. Да, они действуют по правилам, но во мне неожиданно проснулось непреодолимое желание покинуть эту деревню. Но выбивать дверь – это слишком. Можно ведь и на рогатину напороться. Поэтому приходится ждать рассвета. Пнув дверь напоследок, усаживаюсь по удобнее и принимаюсь чистить меч, тихо бормоча ему благодарность. Да, я разговариваю с оружием.

@темы: цитадель глава 1, написано мной, книги

23:21 

Вчера ночью накатило.

"Над нами только небо" (Диран)
А помнишь черный горизонт?
Сияние зарева во мраке?
И под дождем дырявый зонт,
И карнавал… А ты во фраке…
И черно-белые цветы,
На фоне алого заката,
Безмолвный крик из пустоты,
А все бегут, бегут куда-то..
Вокруг лишь шум, но он беззвучен,
Плывет кругами по воде,
Ты в этом мире жить обучен?
Огни сияют в темноте.
И старый дом за горизонтом
Стоит печально одинок.
Идешь, помахивая зонтом,
Дождь преподал тебе урок.
Танцуют тени, все смеются,
В огнях сияющих витрин,
Ты попытаешься вернуться?
А может, хочешь быть один?
И мир вокруг остановился,
Застывших масок чередой,
Ты слишком быстро научился…
Пора уже идти домой.
И одинокою фигурой
Средь бликов радости и слез,
Идешь один, идешь понурый,
Не видя мира из-за грез,
А мир вокруг вовсю сияет,
Но за сияньем пустота,
И мрак огнями удивляет.
Но все не то. И все не так.
Я оглянусь. Прости, забыла.
Исправлюсь, правда, я вернусь.
Я помню, как все это было,
Воспоминанья сеют грусть.
А знаешь, нет. Я здесь останусь.
В пустыне вечной темноты,
Пускай с теплом своим расстанусь
В угоду серой пустоты,
Мои слова уносит ветер,
Мой взгляд угасший смотрит ввысь,
А мир шумящий не заметил,
Что я ушла. А ты держись.

@темы: написано мной, стихи

21:21 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 8)

Небо затягивает низкими тучами, мчащимися с немыслимой скоростью. Иду по улице, не глядя по сторонам. В некоторых окнах горят свечи, но большинство темны. Люди боятся. Их страх, кажется, витает вокруг как легкий запах чего-то со сладким привкусом. Нет, люди не чувствуют страх других. А я – да. Вот уже два года как да.
Если честно, я много раздумывала, что тогда произошло. Как я выжила. Откуда эти видения и голоса. Усиливающиеся чувства, непонятные ощущения. И сила, то приходящая, то исчезающая…
Тень. Быстрое мелькание на периферии зрения. Вот снова. Несмотря на это, я продолжаю идти, словно ничего не происходит. Только рука в кармане сильнее сжала сюрикен. Снова! На моей мысленной карте прорисовывается его путь. Он просто бегает, нарезая вокруг меня круги, запугивая и сбивая с толку.
Пункт 1: разумен (не безумен как это иногда с ними бывает. Присутствует, как минимум, инстинкт охотника).
Мелькания учащаются – он сужает круг. Незаметно улыбнувшись, я выхожу к дому Совета, как и рассчитывала. Перед ним – довольна просторная площадь для общих собраний. Останавливаюсь прямо в центре. Что ты теперь будешь делать?
Мелькания прекращаются. Затаился.
Замираю, опустив голову. Просто стою и жду, чуть прикрыв глаза.
Мягкая поступь лап. Он подкрадывается со спины. Осторожно. Очень осторожно. Когда между нами остается лишь пара метров, поступь прекращается. Резко разворачиваюсь, используя инерцию разворота выпускаю сюрикены и сбивая его в полете. Он отлетает назад, заваливаясь на спину, но тут же вскакивает. И резким прыжком вправо уходит от следующих звезд.
Пункт 1: Подтверждено – разумен.
Пункт 2: Шерсть черная. Глаза – красные.
Не менее семнадцати!
Неким подобием кувырка ухожу влево. Он приземляется туда, где я только что была и разочарованно рычит. Изо всей силы бью его ногами в бок. При ударе с легким щелчком из подошв выдвигается сеть мелких лезвий, тут же вернувшихся назад. Он с визгом отлетает, но снова вскакивает и бросается ко мне. В этот раз я не ухожу от удара, а выхватив меч, парирую. Точнее – он сам изменяет угол удара, стараясь не попасть по лезвию. Пара ударов лапами – порез на левом плече. Он воет и отскакивает. Но в этот раз не просто держит дистанцию – он огромными прыжками бежит к домам.
Закатив глаза, я начинаю погоню. Вот если честно – не люблю бегать за нечистью по улицам.
Он ускоряется, превращаясь в слегка размытый силуэт, и исчезает из виду.
Для приличия пробегаю по улице, осматриваю следы, говорящие, что он пошел по крышам и иду к Стене. Обхожу ее по кругу, осматривая, проверяю расстояния от нее до домов. Потом возвращаюсь к дому Совета. Стучусь в дверь. В доме слышны шаги, но мне не отвечают.
Чтож, хвалю. Ребята пекутся о своей безопасности.
Прекрасно понимая, что зверь затаится и не станет нападать этой ночью, я все же не спала, время от времени обходя деревню. Мне уже все было ясно. Осталось только сообщить жителям. Я скривилась, ясно представив себе их лица и крики. О, ну почему он убежал? Мы могли бы прекрасно подраться, и мне не пришлось бы…
Шаги. Человеческие. Мрачно улыбаюсь и иду на звук. Я в отличии от остальных людей, хожу бесшумно. Издержки профессии. Передо мной -худенькая фигурка, закутанная в темный плащ, с накинутым на голову капюшоном. Испуганная. С бешено стучащим сердцем, но все же идущая. Влюбленная дурочка, спешащая на тайное свидание? Признаться честно, глядя на нее, всю трясущуюся, я всерьез хочу бросить ей в спину кинжал, а утром на крики старосты пожать плечами и сказать «А я предупреждала». Немного подумав и посомневавшись, я решила просто шугануть ее. Нельзя, нельзя шататься ночью по деревне, когда по улицам бегает вурдалак! И когда было ясно сказано – смерть ожидает каждого вышедшего. Или я не ясно выразилась? Снова проснулось желание просто убить ее в назидание другим, но я подавила его и тихо взобралась на крыши. Обогнав ее, я спрыгнула прямо перед ней с простым словом:
- Бу.
К моему легкому удивлению она, хоть и вскрикнула, хоть и отшатнулась, но все же попыталась ударить меня судорожно зажатым в руке ножом. Я без проблем отбила ее «нападение», легким приемом забрав у нее оружие. И тут же прижав ее к стене и приставив отобранный нож к горлу:
- И куда мы так спешим, милая? – в моем голосе застыл лед, а на губах мрачная улыбка, не предвещающая ничего хорошего.
- Ой! – она замирает, почти не дыша.
В ее глазах плещется панический ужас.
- Отвечай! – я встряхиваю ее, испепеляя взглядом.
- Я… - она замолкает, глядя на меня своими круглыми глазами.
- Тебе говорили, что сегодня нельзя выходить? – если бы у меня были клыки, меня легко было бы спутать с вампиром по поведению.
- Д-да…
- Так какого тебе дома не сиделось? – я кричу на нее, сверкая глазами. – Ты думаешь, нож поможет тебе убить зверя? Дура? Но черт с ним, со зверем! Этой ночью тут я! А я сказала – любой, вышедший умрет! До тебя не доходит?? Я могла просто убить тебя! Просто воткнуть тебе в сердце меч, не разбирая, кто ты и что ты!!
- Н-не н-надо. – она вся трясется и слезы текут по ее щекам.
- Надо бы! – я еще разок прикладываю ее о стену и отпускаю, позволив комком упасть на землю. – Так какого?
- Он… Он ждет м- меня…
О, все-таки влюбленная дурочка!
Наклоняюсь и с нескрываемым презрением интересуюсь:
- Любит тебя?
- Д-да.
Резко распрямляюсь, пытаясь не рассмеяться:
- Да?
- Д-да.
- Так отчего же по улицам шляешься ты, а не он? – к презрению добавляется сарказм.
Она лишь тихо хныкает, свернувшись клубочком и трясясь от страха.
- Что? И сказать то нечего? – мой тон буквально сочится ядом. – Вставай!
В ответ она лишь сильнее затряслась.
- Я сказала, вставай! – приказываю я.
Девушка приподнимается и снова замирает.
- Вставай. Или подниму пинками. – предупреждаю мягко, но с ощутимой угрозой.
Она поднимается, бросая на меня испуганные взгляды.
-Пошли.
Разворачиваюсь и начинаю шагать вдоль улицы.
- К-куда? – он не двигается с места.
- Со мной. Пошли. Или…
Она быстро меня нагоняет. Умная девочка.
Привожу ее к дому Совета:
- А теперь садись посреди площади и сиди. – повелительно указываю направление, подгоняя недобрым взглядом.
Она с тихим поскуливанием занимает свое место, оглядываясь на меня. Я знаю, о чем она думает. Что она – наживка. Приманка для нечисти. Мы с вурдалаком катаемся со смеху. Он не такой дурак, чтобы на нее купиться. И я это прекрасно понимаю. Это лишь наказание. Не более. Но да, я не спускала с нее глаз оставшуюся часть ночи. Ато мало ли…
С первыми петухами я вышла из тени, которая надежно меня скрывала и подошла к девушке. Услышав петушиный крик, она оживилась, перестав трястись. Зря. Схватив ее за шкирку, я тащу ее к дому. На полпути мне на встречу открывается дверь и из нее выходит староста.
- Это что еще такое? – недоуменно восклицает он, сбегая по ступенькам.
- Это я хочу у Вас спросить! – зло рявкаю я. – Какого черта?
Я толкаю ее к его ногам. Она тут же подползает к нему:
- Она… она… - она захлебывается рыданиями.
Мужчина поднимает ее, приобняв руками и позволяя поплакать на плече.
- Что происходит? – холодно интересуется он.
Я окидываю его презрительным взглядом:
-Даже не узнав, что случилось, вы прижимаете ее к своей груди. А что, если я сейчас скажу, что именно она – ваш вурдалак? Что ты будешь делать?
Они оба испуганно замирают. Она – потому что не является зверем. Он – потому что до него доходит, что мои слова могут быть правдой.
Насладившись эффектом, я все же открываю правду:
- Она не зверь. Она дура. И ваше счастье, что он приходил раньше, чем я увидела ее. Иначе пекли бы пироги. Я предупреждала. А теперь отпустите девицу домой. У нас с Вами серьезный разговор.
- Иди домой. – его тон неожиданно холоден, хоть он и успокаивающе поглаживает ее по плечу.
Девушка убегает, всхлыпывая и спотыкаясь.
- Итак, – я убираю кинжал, все еще находившийся в руке, в ножны. – Ситуация такова. Я возьмусь за эту работу за семнадцать золотых. Не меньше.
- Хорошо.
- Он силен и разумен. И он – кто-то из вас. Он находится в деревне постоянно.
-Это невозможно! – начинает перечить староста.
- Мне нужен список всех, кто выезжал за территорию за месяц до первого нападения. Всех, кто задерживался вне стен до темноты. Этих людей ко мне к обеду. – не обращая на него внимания продолжаю я.
- К чему это все? – он недоумевает.
Я начинаю идти к дому. Уже проходя мимо него, пожимаю плечами:
- Он все еще жив. Поэтому вы не смогли его найти в могиле. И да. Мне нужны только мужчины. Черноволосые мужчины. И завтрак.
Ухожу в дом, слегка хлопнув дверью.
Но следом вбегает староста:
- То есть как это?
Его голос полон недоуменного возмущения. Просто пожимаю плечами, усаживаясь за стол:
- То есть кашу и салат.
- Я не о том! Как он может быть жив?
- А я о том, – мой тон непоколебим. – Я хочу кушать, староста. Это все, что я могу Вам сейчас сказать.
Он выходит, хлопнув дверью. Недоволен. Они все всегда недовольны. Тем или другим, не важно. Они всегда найдут от чего сжать губы и похрустеть зубами. Но плевала я на их недовольство с высокой колокольни Темной Цитадели. Да, именно Цитадели. Много веков назад, когда Черный замок еще был в силе, именно там была самая высокая колокольня. И самая прекрасная. Была…
Звук открываемой двери вырывает меня из мыслей.
Слуги принесли завтрак. Прекрасно.
Староста уселся напротив и пилит взглядом. Не прекрасно.
- Вы так и будете испепелять меня?
- А вы так и не скажите, что имели в виду?
Я молча принялась за еду. Завтракать после бессонной ночи под испепеляюще-нетерпеливым взглядом слегка… угнетающе. И после еды у меня осталось стойкое ощущение, что он вообще за это время даже не моргнул. Отодвинув тарелки, я тяжело вздохнула:
- Для всех вас вурдалаки это зараженные мертвые. Но иногда человек выживает. Если он был очень сильно ранен… последствия бывают неожиданными.
- Что вы мелете? – на его лице огромными буквами написано недоверие.
Дарю ему предупреждающий взгляд. Я сильно раздражена из-за недосыпа и чертова непонимания людей.
- То, что вы чего-то не знаете, еще не значит что его нет. – стараюсь говорить спокойно, хоть взгляд мой не совсем добр. – Я занимаюсь этим не первый год. И это – не первый живой вурдалак, с которым я стыкаюсь. Они умны, даже хитры, поскольку них остается некий остаток человеческого ума. Возможно, он даже помнит что превращается. Для того, чтоб понять помнит ли он, нужно понять есть ли связь между его нападениями. Но я не следователь. Если Вы подтверждаете, что согласны на мои условия, я просто убью его и дело с концом.
- Но…
- Я вот этим мечем, - выхватываю меч и с грохотом опускаю его на стол перед старостой. - выбила себе экстра класс. Этот браслет, - подставляю ему под нос руку. – омыт кровью не одной сотней тварей. И вы считаете, что я не разбираюсь в своем деле?
Я говорю тихо, но в моем голосе гроза. Чем выше встает солнце – тем ниже у меня настроение. Не знаю почему. Может простой недосып (что вряд ли, я могу не спать и дольше), а может (что скорее всего) – результат того, что со мной происходит.
Он ненадолго задумывается, потом кивает и выходит, оставив меня наконец одну. Скривившись ему вслед, снимаю плащ и кофту, развязываю бинты. Рана уже почти затянулась, оставляя после себя красные полосы. На этот раз я не возвращаю бинты. Теперь они лишь замедлят процесс.
Возвращается староста. При виде моей раны у него на лице проявляется удивление, но он молчит по этому поводу, сообщая более важные вещи:
- Люди собраны.
Натягиваю кофту и уже на ходу накидываю плащ, шурша полами. Ударивший в глаза солнечный свет заставляет зажмуриться. Мгновенно вскидываю руку, защищая глаза. Зрение возвращается, и начинают проступать угрюмые фигуры во дворе. Толпа большая – наверное, вся деревня собралась. Но она не ступает на периметр площади, толпясь в ответвлениях улиц. На площади же стоит всего пятеро. Черноволосые мужчины, как я и просила. Не глядя поднимаю руку:
- Список.
В руке появляется бумага с именами. Зачитываю первое:
- Лер Интис. Шаг вперед.
Третий в шеренге мужчина выходит вперед.
Подхожу ближе. Он выше меня и больше, но это не мешает мне испепелять его взглядом. Смотрю ему в глаза долгим, изучающим взглядом, потом просто втягиваю носом воздух, слегка прикрыв веки:
- Уходи.
Зачитываю следующее имя, повторяю процедуру.
Никто. Никто из них не мой клиент. Стою посреди площади в одиночестве опутив голову и уставившись в пыль. Я знаю – все взгляды прикованы ко мне. И со стороны это может казаться, будто я в растерянности, но я просто думаю и мне плевать, как это выглядит для других. Со спины подходит староста. Я знаю, что на его лице цветет улыбка типа «я же говорил что это бред»
- Заткнитесь, – резко бросаю я, не поднимая головы.
- Но я молчал…
Теперь я знаю, что он растерян. Я стерла с его лица эту мерзкую улыбку. Вскидываю голову и разворачиваюсь к нему:
- А к вам кто-нибуть приезжал?
- Что?
- В деревню кто-либо приезжал?
- Да, бродячие артисты были пару дней.
- Ох, не к добру, – я качаю головой. – Разгоните толпу. Сегодня ночью чтоб все сидели по домам. Все, вы поняли? Все. И меня не волнует, как вы этого добьетесь, но если кото увижу - реально убью.
В его глазах я вижу обвинение в жестокости, бесчеловечности. Должно ли это меня расстраивать? Да. Расстраивает? Нет. Потому что они все и всегда так думают. Всегда считают нас опасными, жестокими, монстрами. Но мы не монстры. Монстры – это те, кого мы убиваем. Иногда меня буквально бесит то, что того же Джаниса они будут бояться меньше, чем меня. Особенно если увидят браслет. А я не убила ни единого человека. Даже не ранила. И вот она – человеческая реакция.
Ловлю себя на том, что рассуждаю так, будто я не человек. Эта мысль вызывает у меня мрачную улыбку – чтож, я становлюсь такой, какой они меня считают. Мнение начинает отвечать действительности.
Ухожу в дом, нахожу кровать и ложусь спать. Сегодня будет сложная ночка.

@темы: глава1, книги, написано мной, цитадель

23:13 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1. Истоки (продолжение запись 7)

Я стою на вершине невысокого холма в лучах закатного солнца и смотрю на горизонт. Яркие оранжево-красные лучи подсвечивают облака на половине неба, превращая их в полыхающее зарево. Но облака у самого горизонта я вижу с теневой стороны и они кажутся мне необычно черными. Это буйство красок ласкает мое восприятие, проникая в душу и поднимая там волну странного чувства, сильно смахивающего на бунтарство. Есть что-то еще, что-то неуловимое, как давно забытое воспоминание, но оно слишком слабо, чтобы испортить мне ощущения. Мое сердце бьется сильнее и чаще, заставляя слегка ускоренно дышать. Я обожаю закаты, я уже говорила? Они, несмотря на схожесть красок, совсем не похожи на рассветы. Рассветы мягче, нежнее. Они вызывают светлое поднятие духа и умиленную улыбку. Закаты же жестче. Они ближе к темным ощущениям. Они ярче, сильнее и крепче. Они заставляют выпускать когти в возбужденном ожидании. Стоп, что? Когти? О, Свет, какие когти? Бросаю быстрый взгляд на руку – нет никаких когтей. И быть не может, я ведь человек!
Глубоко вздохнув в попытке успокоить учащенно бьющееся сердце, я перевожу взгляд ниже, где у подножия холма расположилась интересующая меня деревня. Небольшое поселение в пару десятков домов. Защитная стена более-менее крепкая, в человеческий рост. Дыр и иных повреждений нет. Окрестности очищены, прекрасно просматриваются. Люди здесь явно заботятся о своей безопасности, а не ноют, что мир вокруг слишком жесток.
С последним лучом солнца я вхожу в ворота, тут же закрытые за мной на ночь вратарем.
- Вы тут по какому поводу? – не совсем доброжелательно, но и без враждебности полюбопытствовал стражник.
- Я тут по поводу вурдалака. – с нейтральной интонацией отвечаю я.
Я всегда придерживаюсь ее во время работы.
- Это хорошо. – тут же добреет стражник, хотя взгляд его остается недоверчивым. – Проходите, староста в доме совета.
Дом совета. Эта деревня – редкий случай, когда эта формулировка не вызывает у меня насмешливой улыбки.
Идя по улице, я внимательно осматриваю окрестности и запоминаю все, что может пригодиться. А пригодиться может все. Да-да.
В этот раз луд не собирается посмотреть на диковинку. В комнате только я, староста и пара его советников. Староста – высокий мужчина средних лет, чем-то сильно смахивающий на овчарку, изучает меня цепким, внимательным взглядом, явно решая, стоит ли мне доверять эту работу.
Я сижу на крепком деревянном стуле, расслаблено откинувшись на спинку. Распахнутый плащ открывает кинжал и шесть сюрикенов, прикрепленных к специальным повязкам на ногах. Они – мой запасной вариант ножей. Но я понимаю его недоверие. Женщины в моей профессии редко доживают до приемлемого для него уровня мастерства.
- Вы уверены, что сможете выжить, и нам не придется тратить деньги на ваши похороны? – наконец спрашивает староста,
Его тон спокоен как море во время штиля.
Я молча закатываю правый рукав, показывая ему широкий серебряный браслет со сложным узором. Это – показатель моего уровня. Такие браслеты носят единицы.
Староста меняется в лице. Но не как обычно – спесь меняется страхом. Нет, на его лице и раньше не было спеси. Он просто начинает воспринимать меня всерьез.
- Хорошо. Наша цена – десять золотых.
Я окидываю взглядом комнату, потом сосредотачиваю его на старосте, заставляя его внутренне поежится:
- Мне нужна вся имеющаяся у вас информация.
Под моим взглядом староста нервно сцепляет руки:
- Он появился месяц назад. Сначала забрался в курятник. Мы не придали этому значения, подумав, что это лиса, но периметр проверили. Но результатов – ноль. А на следующую ночь он загрыз корову нашей ткачки. Вот тут то мы и увидели следы. Странные следы, которые дед Борис опознал как следы вурдалака. Люди забеспокоились, но доказательств не было…
- Пока? – подаю голос я, увидев, как он притупил взгляд и замолчал.
Это говорит о том, что произошло нечто не совсем хорошее.
- Пока он не напал на рыбака, возвращавшегося поздно вечером. Все это видела дочь пекаря. Девочка выжила, хоть след останется на всю жизнь. С ее то слов мы и убедились, что эта тварь не просто забредший волк.
- Это все очень интересно, – я снова перевожу на него взгляд. – А теперь по делу. Сколько девочке лет?
- Тринадцать, – на лице старосты появляется тень недоумения. – Мы проверили ее – она чиста.
- Я могу с ней поговорить?
- Нет, отец отправил ее с матерью к сестре в другое селение.
- Плохо, – я разочарованно качаю головой. – Тогда вы. Девочка горорила какого цвета шерсть?
- Она описала его как «здоровенный вурдалак с горящими глазами»
- И вы не стали уточнять детали? Даже не стали уточнять, откуда тринадцатилетний ребенок знает, что это именно вурдалак? – с долей раздражения разочарованно уточняю я, начиная сомневаться в компетентности местного населения.
- Девочка была напугана. Она и пару слов еле сказала. – в голосе старосты появляются защищающие нотки. Овчарка скалит клыки.
- Хорошо, – я снова откидываюсь на спинку стула, внутренне пытаясь припомнить когда успела наклониться вперед. – Кто-либо умирал в последнее время?
- Нет. Мы проверили. Могилы повторно запечатали. Скорее всего пришлый.
- Позвольте мне делать выводы, – резко обрываю его дальнейшие рассуждения.
Не люблю, когда люди, ничего не смыслящие в нечисти начинают мне объяснять что да как.
Староста раскрывает сжатые до того руки, словно в позволительном жесте. Я встаю:
- Я думаю, у вас хватило ума ввести комендантский час?
- Да, конечно, – по его глазам видно, что он слегка обижен моим отношением к его ответственности.
- Тогда сегодня я остаюсь на улице. Предупредите людей, что если я кого увижу – сначала убью, а потом буду разбираться. Это ясно?
- Да. – он встал и сделал жест советнику.
- И еще. Мне нужна вода, молоко и сахар.
- Хорошо. – еще один жест второму советнику. – Это все?
- Нет. – я тоже встаю. – Если у зверя будут красные глаза – моя цена пятнадцать и не медькой меньше.
В этот раз старосте пришлось секунду подумать, прежде чем в очередной раз кивнуть.
- И молоко должно быть холодным. – крикнула я вслед уходящему советнику.
Ато знаю я этих добродетелей. Сейчас принесет парного, и сиди тогда над кружкой, жди, пока остынет.
Мои требования были выполнены в рекордные сроки. Добавив в молоко, оказавшееся почти ледяным (и как они этого добились?), сахар, я быстрыми движениями ложки заставила его раствориться и несколькими большими глотками осушила стакан. Потом вымыла руки и хорошо умылась, не обращая внимания на удивленные взгляды местных, принесших мне все это. Позволив им забрать уже не нужные вещи, снимаю плащ и кофту, оставшись в обтягивающей майке, и разбинтовала руку. Процесс заживления проходит прекрасно, что заставляет меня улыбнуться. Уже можно было бы оставить незабинтованным, но сегодня может случиться драка. Поэтому я смазываю раны заживляющей мазью и снова перевязываю руку. Одеваюсь и выхожу в ночь.
На крыльце сталкиваюсь со старостой:
- Люди предупреждены? – мой голос начинает пропитывается льдом, как и всегда, когда я предчувствую чью-то смерть
- Да. – он кивает, глядя на меня со странным, смешанным чувством.
Я молча ухожу во тьму.

@темы: книги, написано мной, цитадель глава 1

04:17 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 6)

- Кукарекууууу!
Черт! Подрываюсь на кровати, как ужаленная. Секунд десять уходит на осознание реальности, потом я не скрываю гримасу, состоящую из смеси раздражения и боли. Чертова птица! Вскакивая, я потревожила руку и теперь расплачиваюсь остро выраженным жжением в области повреждений, нанесенных острыми предметами, предположительно когтями. Проще говоря: Как же больно то! А ведь должно бы уже начать затягиваться… Сев поудобнее, разбинтовываю раны. Да, края уже начали стягиваться, но я слишком резко дернула рукой, что привело к смещению тромбоцитного покрова, проще говоря – я снова открыла рану. Порывшись в сумке, присыпаю повреждения лечебным порошком. Нужно будет найти подорожник. Да. Снова забинтовываю руку и натягиваю кофту с длинными рукавами для лучшей фиксации.
Внизу меня уже ждет напиток из цикория, а хозяйка провожает настороженным взглядом. И хоть от ночного состояния не осталось и следа, я все равно выпиваю «лекарство» и выхожу на улицу. Усевшись в тени ивы, растущей почти посреди двора, я достаю измазанный в крови твари меч:
- Прости, брат, но сама чуть в мир иной не отошла. – (да, я извиняюсь перед оружием).
Я должна была его почистить сразу после боя. А не через сутки. За это мне стыд и позор. Да-да. Можно даже публичную казнь.
Уже дочищая кинжал, понимаю, что ножи остались в звере. Придется покупать новый комплект. А местным не забыть сказать, что если пойдут за шкурой, чтоб ножи оставили – потом выкуплю.
- Завтракать будете?
Это хозяйка на крыльце. Взгляд все такой же настороженный, меж бровей складка. И что она так переживает?
- Естественно. – возвращаю кинжал в ножны и иду в дом.

Полного заживления я дожидаться не стала – ушла, оставив Тарку у хозяйки – Джанис заберет, когда доберется. Лошадь была не сильно этим довольна, но, думаю, переживет.
Местные поведали мне, что в трех днях пути завелся вурдалак необычайной силы и спасу от него нет. Необычайная сила – конечно преувеличение, но сейчас, когда я так ослаблена, это в самый раз. И денег подзаработаю, и шкуру сохраню. За Зверя мне никто не заплатил, так как убила я его по собственной инициативе, чем сохранила финансовое благополучие окрестных деревень. И угробила свое. Но главное, что он теперь все-таки мертв. А это стоило бы даже больших лишений. Поднимаю глаза к небу. Яркая синева восточной стороны – контраст полыхающему закату. Именно такой глубокий синий цвет – отдых для моих глаз. На лице сама собой появляется улыбка. Хорошо, что я иду на восток. Вообще я люблю закаты. Яркость и мощь его красок. Сияние, проникающее глубоко в душу. Угасающий день, напоследок полыхающий так, словно завтра не наступит… Но сейчас мне важнее глубокая синева уже находящегося в тени неба. Она успокаивает и приносит мир в мою душу. И горести отступают, и можно вдохнуть свободно.
На ночь останавливаюсь вод сенью огромной ветки вековой ели. Она спускается до земли, образуя как бы свод. Маленькая берлога, так сказать. Для начала, конечно, проверяю, не живет ли в столь прекрасном месте кто другой. Но нет, «домик» свободен. Многим может показаться неудобным и неприемлемым такой ночлег. Но я предпочитаю лес домам. Это странно, как считают большинство людей, но я никогда не стремилась быть нормальной. Одна моя профессия чего стоит! Я не хочу семью и детей, как большинство девушек моего возраста. Я не хочу свой дом и мужа. Я хочу свободы. И это все, что мне необходимо.
Вечер я встречаю в своем логове, сидя привалившись спиной к стволу. Ель может измазать меня смолой, но этой одежде все равно уже не долго осталось, а запах смолы и хвои поможет спрятаться от вурдалака во время охоты. Пока совсем не стемнело – читаю небольшую книгу о полезных свойствах растений. Может пригодиться в ближайшем будущем. С наступлением темноты ухожу в царство снов.
В кои то веки просыпаюсь сама. Ни тебе грохота, ни криков – лес спит и вокруг та самая звенящая тишина. Предрассветные сумерки – время, когда сон наиболее крепок, но совсем скоро проснется первая птичка и лес наполнится ее песней, эхом отдающейся в еще спящем лесу. Слушаю тишину – еще одно мое любимое, но странное занятие. Иногда тишина – это больше чем звук. Из-под коряг выползает туман, медленно, но бесповоротно. Встаю и, потянувшись, выхожу из своего укрытия. Вчера я сидела тут в паре шагов несколько кустов подорожника.
Вернувшись с добычей, снимаю повязку с руки. Царапины уже почти затянулись, но еще нестабильны. Прикладываю новую порцию подорожника и снова забинтовываю. Эх, мне бы подождать, пока рука полностью заживет! Но уже назначена цель и каждый лишний день - лишняя жертва. Справившись с перевязкой и собрав вещи, продолжаю путь. Сегодня к вечеру должна бы прибыть на место.
И вот она – та самая первая птичка. Ее тоненький голосок звоном разрывает тишину и уже через секунду лес взрывается песнями и криками. Хватаюсь за голову, едва не падая на колени. Этот звук… О, Боги, до чего же он громкий! Долгие три секунды мои уши привыкают к этому гомону, после чего я все же могу вздохнуть свободно. Со мной что-то не так и это видно невооруженным глазом. Я не должна так сильно реагировать на звуки. Надеюсь, это не скажется на моей трудоспособности. Ибо в моей профессии ошибаются один раз.

@темы: цитадель глава 1, написано мной, книги

20:26 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 (продолжение запись 5)

После того, как я пришла в себя благодаря картасу, Тарка отвезла меня в ближайшее поселение, находящееся довольно далеко от места действия. Ведь никто не хочет селиться рядом с Руинами. Многое люди говорят о тех местах. От простых страшилок до реально страшных вещей. Но все сходятся в одном – темные не умирают просто так.
Селяне приняли меня радушно, особенно когда я посулила им пару золотых. Мне тут же было предоставлено все, что я пожелала. Даже местный знахарь пришел, с умным выражением лица поведав, что на руку нужно накладывать швы. Я послала его подальше, потребовав только воду, спирт и бинты. И мясо. Много жареного мяса. Ведь (слава всем Богам) у них была свинина.
И вот сейчас я лежу в отведенной мне комнате и пытаюсь отгородиться от ощущения покалывания в раненой руке. Бедро ведет себя тихо – там лишь легкая царапина. И мне снова придется зашивать одежду, а потом, вернувшись в город – покупать новую. Пожалуй, это самый паршивый аспект моей работы – каждая тварь старается наделать дырок во мне и всем, что на мне. Постепенно, когда мое тело перестало ныть и жечься, я провалилась в сон.
Просыпаюсь резко, словно что-то выхватывает меня из небытия. В комнате темно, но в щель между занавесками просачивается призрачный свет луны. В доме – тишина. Хозяева, люди сугубо деревенские, ложатся с закатом солнца. Немного проморгавшись, сажусь на кровати. Рука тут же отзывается болью. В ответ я раздраженно кривлюсь и встаю. Мир делает оборот вокруг меня и встает на место. Не к добру это. Зажигаю свечу, переношу ее на прикроватный столик и снова возвращаюсь на кровать. Медленно разбинтовываю руку. Раны чистые, легкое покраснение вокруг, но это нормально. Боли как таковой нет. Так чего ж мне так плохо? Рассматриваю царапины внимательнее, добавив еще свечу для более яркого света. Нет, ничего. Закрываю глаза, пытаясь понять, откуда угроза. Ведь все признаки наличия яда в организме. Что ж такое?
Но ответа нет. А слабость есть. Черт!
Снова забинтовав рану, спускаюсь вниз, стараясь не шуметь. Ато набегут ту всякие. На кухне нашлась кастрюля с тушеной свининой – хозяева рассчитывали, что я проснусь еще днем. Чтож, они не просчитались. Немного перекусив, я выхожу во двор. На секунду останавливаюсь на крыльце – нужно перевести дух. В конюшне отзывается Тарка. Эти лошади имеют очень тонкое чутье на тех, кто им по душе. Если честно, меня сильно удивляет, что она не возненавидела меня после того, как я гнала ее галопом через половину страны. Но сейчас мне не до нее. Мне нужна мята. И вербена. А вообще нет. Я останавливаюсь и обвожу взглядом двор. Вот он! Цикорий! Возвращаюсь в дом. Значит, у них здесь где-то должен быть его сушеный корень. Где-то до… неосторожно задетая тарелка летит на пол с просто оглушительным грохотом. Хватаюсь за уши, пытаясь заглушить звук, но выходит не очень. Из комнаты выходит заспанная хозяйка:
- Что происходит? – она не может скрыть раздражения.
- Где у вас тут цикорий? – шиплю я, своим тоном тут же выводя ее из полусонного состояния.
Я уже стою только благодаря стене. В голове снова проявляется голос, ослепляя меня картиной черного замка.
- Что с Вами? – хозяйка подскакивает ко мне, заботливо усаживает на стул.
- Цикорий. Крепкий. С тремя ложками сахара. Немедленно. – я говорю сквозь зубы, стараясь не потерять сознание.
Она убегает и чем-то гремит на кухне. Причем настолько громко, что кажется, что она бьет в дно кастрюли прямо у меня над ухом. Разум понимает, что это не так, что это эффект от моего состояния, но не понимает с чего это вдруг у человека в полуобморочном состоянии так слух обострился.
И снова картина Цитадели. И снова шепот. И снова боль.
В руки вкладывают кружку.
- Вот, готово. – голос словно из далека и в то же время глушит как сирена.
Не тратя времени, поднеся еле удерживаемую дрожащими руками кружку к губам, делаю большой глоток. Горячая жидкость проскальзывает в желудок, распространяя свое тепло по всему телу. Новый глоток – и новая волна тепла. Боль отступает. Зрение проясняется. Я снова могу дышать. Буквально в секунды выпиваю всё, что мне принесла хозяйка, обеспокоенно замершая рядом. Разум проясняется и шепот стихает.
- Спасибо. – нашариваю в кармане монетку и протягиваю ей.
Это золотой, но мне сейчас все равно. Она забирает деньги и помогает мне встать:
- Мне позвать лекаря?
Я отрицательно качаю головой:
- Нет. Я не желаю видеть этого шарлатана.
- Но Вам плохо.
- А ему хорошо. – я, держась за стену, поднимаюсь на верх. – Не желаю его видеть. Утром мне понадобится еще цикорий
Во всем теле – дикая слабость. Нахожусь ли я на пороге смерти? Ответ прост: нет. Я уже была одной ногой в могиле. И это – совсем другое.
Заваливаюсь на кровать, случайно зацепив раненую руку, возмущенно отозвавшуюся болью. Закрываю глаза. Надеюсь, утром я смогу их открыть.

@темы: цитадель, написано мной, книги

12:14 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1 Истоки (продолжение запись 4)

Путь до Руин мы с Таркой преодолели меньше чем за сутки (иными словами к рассвету я уже подъехала к пустоши), хотя обычно на такой переход уходит как минимум два дня. Я оставила тяжело дышащую лошадь на безопасном расстоянии, но через пару шагов остановилась и сама. Передо мной возвышаются руины громадного черного замка – Темной Цитадели. Некогда неприступная крепость всеже пала века назад и теперь лишь груды черных камней и останки стен – все, что осталось от ее величия. И всеже даже эти крохи… от одного взгляда на них сердце начинает стучать быстрее от смеси страха и преклонения. Но в моей душе при виде этих камней просыпается дикая тоска. Я вижу ее в сиянии. Я вижу ее в величии. Постоянно. В своей голове. Я вижу такой, какой она была до падения. И сейчас в моих глазах появляются слезы. Это ощущение бесконечной утраты настолько сильно, что глушит старые воспоминания – белый-белый снег. Яркая красная кровь… Они вспыхивают в моем сознании, когда взгляд падает на могучее дерево у останков внешней стены. Картас. Тогда я думала, что пришла к лесу, но он был единственным деревом вокруг. Я пришла умирать на руины Цитадели. Вот такой вот поворот. Не обращая ни на что внимания, я подхожу к нему и провожу рукой по шершавому стволу.
- Ну, здравствуй, мой спаситель.
Дерево шелестит в ответ, словно тоже радо меня видеть.
- Он ведь все еще здесь, правда?
Я знаю, что картас не сможет мне ответить. Не сможет рассказать все, что видел и знает о звере, обитающем так близко к нему.
- Если история повторится… - я прижимаюсь лбом к стволу. – Сможешь ли ты мне помочь снова?
Он шелестит ветвями, и в этом шелесте я слышу поддержку. Может, я схожу с ума, но я верю своим ощущениям.
И покидаю его с непоколебимой решительностью.
Я иду по уже хоженому пути. Все так же шелестит камыш, только снега еще нет. Но память упрямо покрывает тропу белым покрывалом, рисуя на ней красные узоры моей кровью. Гоню память прочь, я должна быть собранной. Прошлый мой бой с обитателем этих мест едва не стоил мне жизни.
Ухожу все дальше в болота. Искать зверя нет смысла – он сам вскоре меня найдет. Ведь он уже почувствовал меня, я знаю. И он знает, что это я. Чтож…
Он выскакивает из зарослей камыша так неожиданно, что я едва успеваю увернуться. Мы замираем друг напротив друга. Зверь лишь чуть-чуть ниже меня. Он скалит клыки всех трех голов и нервно бьет хвостом с безупречно острым костяным наконечником. След этого оружия до сих пор хранит мое тело. Невольно сама скалю зубы и рычу. Не думаю, что выглядит устрашающе, но это прекрасный метод выражения моего к нему отношения (А рык получился до жути натуральным). Он рычит в ответ. Да, у него получается лучше. Думаю, что если бы он умел говорить, то сейчас бы злорадствовал.
Медленно, очень медленно я достаю меч. Зверь облизывает морду (ту, которая по центру), и нападает. Но не прыгает, как глупый вурдалак, а сперва пытается выбить оружие. Он до жути умен – именно поэтому его так сложно убить. Я уворачиваюсь и тоже наношу удары. Но он слишком силен. Плюс чертов хвост! Делаю сальто назад, цепляя его по челюсти окованными носками сапог. Пока он приходит в себя (понятие относительное, ибо у него еще две головы), я начинаю метать в него ножи, стараясь найти уязвимые места. Работаю, быстро отступая назад и стараясь держаться от него на расстоянии. Предплечье ощутимо ноет, но я блокирую это ощущение – жизнь важнее. Плюс, судя по ощущению влаги, – он уже успел зацепить меня по левому бедру. Да-а, у других не было и шанса, если он с такой легкостью удерживает меня! Но со времени нашей прошлой встречи я многому научилась. Пять из семи ножей нашли свою цель. Два попали в защитные пластины, к моему глубочайшему сожалению. Но в свою защиту могу сказать, что пластины эти находятся под шкурой зверя и невооруженному глазу не видны. Теперь у него тоже идет кровь, что уже является большим отличием от нашей прошлой встречи. Но раны слишком незначительны. Решаюсь на отчаянный поступок – бросаюсь ему на встречу. Но в последний момент ухожу в сторону, и он пролетает мимо меня. Резкий удар меча – и зверь приземляется с двумя головами. С замиранием сердца слежу за его реакцией. Он воет и беснуется. Из раны хлещет кровь. Вывод: рана не затягивается, новая голова не отрастает. Чтож, у меня сегодня хороший день. А может быть, и нет – буквально в миллиметрах от лица пролетает его бестолково хлещущий хвост. Отступаю на пару шагов, сохраняя боевую стойку. Казалось бы, сейчас самое время напасть и добить раненую тварь. Вот так погибает хороший процент моих начинающих коллег. Сейчас движения зверя беспорядочны. И предугадать, что он выкинет в следующую секунду – нереально. Поэтому есть огромная вероятность, что ты просто не успеешь увернуться от неожиданно полетевшего в тебя хвоста или лапы. И я стою на безопасном расстоянии в ожидании, когда все это прекратится. В душе скребется надежда, что он просто истечет кровью, а глаза ищут пути его убийства, если надежда не права. И судя по прекращающемуся кровотечению – надежда реально сильно ошибается. Вот он перестал бесноваться и уставился на меня горящими ненавистью глазами двух оставшихся голов. Я ответила ему столь же теплым взглядом. Рана от отрубленной головы перестала кровоточить и закрылась. Не регенерировалась (и на том спасибо), но закрылась. И зверь прыгает на меня. Еще в полете он пускает вперед хвост. По его задумке я отбиваю хвост, но не успеваю блокировать его тушу. Да, конечно. На долю секунды мои глаза меняют цвет, и я с разворота бросаю ему на встречу меч. Не особо целясь. Но клинок входит в его тело по рукоять и зверя сносит силой удара обратно. Не теряя времени и бросаюсь к нему, вытаскиваю меч и успеваю откатиться из-под когтистой лапы. Из новой раны хлещет кровь, но он только утробно рычит и снова идет в нападение. На этот раз он пускает в ход все – когти, клыки, хвост… Отбиваюсь как могу. Теперь в раньше свободной руке кинжал, помогающий блокировать его чертов хвост. Меняю тактику – поймав момент, втыкаю ему кинжал в шею, а освободившейся рукой хватаю хвост. Взмах меча – и у меня в руке обрубок с костяным шипом, а зверь отступает, дико вопя. Оставшаяся часть хвоста хлещет по воздуху, разбрызгивая черную кровь. Пару секунд наблюдаю за движениями зверя и прихожу к мнению, что нужно действовать. Сейчас в основном в движении только уже не опасный хвост, так что… Я резко приседаю. Мои глаза снова мигают зеленым и я прыгаю к нему. Черт, сейчас бы второй меч! Вгоняю клинок ему в спину, разрезав гребень, но тут же вынимаю, сделав своеобразный укол. Новый всплеск воя. Он резко разворачивается, не желая находится ко мне задом. Это его ошибка – еще одна голова катится по порыжевшей траве болота, а с ней и мой кинжал. Осталась одна – крайняя левая. Отскакиваю назад, уходя от захвата лапами, и резко прыгаю к отрубленной голове – кинжал снова в моих руках. Судя по ощущениям – мои глаза больше не мигают. Они горят. Кристально-зеленым светом. Но с этим я разберусь позже. В отличие от первой головы сейчас зверь нападает. Беспорядочно, неразумно, он просто старается меня достать хоть чем-то, при этом воя на всю оставшуюся глотку. Мой плащ уж порван вдоль всего правого плеча. Теперь у него есть видимая причины болеть - три глубоких царапины от плечевой кости до локтя. Я вся в грязи и брызгах крови своего противника. Да, у меня нее совсем чистая работа.
Нужно его добивать. Вот только как? Будет ли достаточно обрубить ему последнюю голову? Характерная черта моей работы – каждая тварь дохнет от своего метода убийства. Что сильно разнообразит мои будни, в отличии от того же Джаниса – все люди умирают одинаково.
Зверь все решает за меня. Собравшисьс остатками разума (или глупости) он встает на задние лапы, собираясь подмять меня под себя. Не долго думая, я вонзаю ему меч в грудную клетку. Туда, где предположительно находиться сердце. Чтож, если я сейчас ошиблась – пусть земля мне будет пухом. Но он резко дергается и взвизгивает. Этот характерный взвизг, когда они понимают, что умирают – пожалуй, единственное, что объединяет все смерти нечисти. Резко отскакиваю в сторону, не дав ему придавить меня своим весом. При этом приходится выпустить меч. Плохо. Очень плохо. Внутренне обругиваю себя последними словами. Ведь правило первое – никогда не позволяй противнику выбить твое оружие.
Зверь падает, пару раз дергается и затихает. С сцепленными зубами достаю из него свой клинок и отрезаю последнюю голову. Обильно посыпаю весь труп пеплом полыни, шепчу «Пусть Шир станет твоим домом. А Грань будет тебе стенами». Рисую вокруг символы бесконечности и смерти. Складываю головы с противоположной от места произрастания стороны тела, а обрубок у шей. Рисую рукой в воздухе символ «покой». Отхожу на добрый десяток шагов и только тогда падаю на колени, обхватив себя руками. С губ срывается крик. Боль, дикая боль просыпается по телу. Теперь зеленые глаза – это не сила. Это – пламенная боль, горящая в костях. Шепот в голове становится отчетливее. Теперь можно различить слова, но я все равно не понимаю, что он говорит.
- Хватит. – мой голос больше похож на стон сквозь стиснутые зубы.
Поднимаю голову, глядя на не такие уж и далекие руины. Сейчас я буквально наяву вижу на их месте замок. Поднимаюсь на ноги, поднимаю меч, стараюсь вставить его в ножны. Получается раза с пятого. Боль е утихает, несмотря на мои старания загнать ее подальше. Иду, медленно, пошатываясь, обхватив себя руками. Думаю, со стороны картинка повторяется – я снова еле иду, снова почти без сознания, снова моя единственная цель – это дерево. Только сейчас я хоть не так сильно истекаю кровью.
Подхожу к картасу и наваливаюсь на его ствол всем телом:
- Что со мной? Скажи мне, что со мной?
Он шелестит ветвями, хотя ветра вроде бы и нет. И тут боль начинает уходить. Постепенно, словно уходящая вода. Через минуту я смогла спокойно вдохнуть. Через две обняла ствол, как родной:
- Спасибо. Ты снова спасаешь меня. А я даже не знаю, как тебя отблагодарить.
Он успокаивающе шелестит, словно отпуская меня с миром.
Я улыбаюсь. В этом мире всеже есть кто-то, кто всегда меня поддержит. И плевать что этот кто-то – дерево. И я придумаю, как ответить ему тем же.

@темы: книги, написано мной, цитадель книга 1

23:29 

Темная цитадель. Из пепла к сиянию.

"Над нами только небо" (Диран)
Глава 1. Истоки. (продолжение, запись 3)

Ушла я от них в ночь, не дожидаясь рассвета. Они милые, но настороженные взгляды в спину – не то, к чему я стремлюсь. Тем более что в мире еще много всяких тварей. Идти сквозь темный ночной лес – дело, на которое решится не каждый. Ведь лес – это Опасность. Да, именно с большой буквы. Вообще если брать местное сельское население, так для них опасность – все, что находится за Защитной стеной деревни (а стены эти иногда настолько крепки, что на них и дышать страшно). Но дело это сугубо не мое. Для меня лес – дом родной. А деревья – роднее людей.
Картина громадного черного замка появилась в сознании настолько неожиданно, что я аж споткнулась. Сразу за ней – шелест голоса. Он настолько тих, что я за эти два года так и не смогла определить принадлежит ли он мужчине или женщине. Усилием воли я заставила его заткнуться.
Вот если кому рассказать обо всем этом (о голосах, боли и моей работе), то человек будет сильно удивлен, что я еще жива. Но я жива. Более того – я профессионал наивысшего класса. Элита, так сказать.
Тихий шелест слева заставляет меня слегка повернуть голову. Лиса. Рыжая красавица с любопытством выглядывает из-за шершавого ствола. Улыбаюсь ей уголками губ и иду дальше. Нужно добраться до соседнего поселения как можно скорее – я устала. И у меня болит правое предплечье. С чего бы это?

- Свинины нет, есть говядина.
Трактирщик смотрит на меня с непроницаемым лицом. Это всеже лучше, чем страх или неприятие.
Услышав его слова, я непроизвольно скривилась. Не люблю я говядину. Вот не люблю и все.
- Тогда замените мясо салатом.
Если говорить серьезно – мне сейчас почти необходимо мясо. Оно помогает мне быстрее прийти в форму. Убирает боль, иногда даже заглушает голос. С чем это связано – известно только Богам.
Мой заказ принесла девочка лет двенадцати – дочь трактирщика. Ее лицо было серьезным, но в глазах плескалось любопытство. Я протянула ей медьку. Мой заказ уже был оплачен, но девчонка мне понравилась. А я сейчас могу себе позволить небольшое расточительство.
Малышка убежала с широкой улыбкой, сжимая в своей маленькой ручке монетку. Я приподняла уголки губ – я несу добро в этот паршивый мир.
Покончив с завтраком, я ушла в комнату. Мне нужен сон и покой. Да.
Убивать не так просто, как кажется на первый взгляд. Ты всеже отбираешь чужую жизнь. Своими руками. Одно твое решение, одно, зачастую, легкое, простое движение и все. Моя жизнь состоит из убийств. Из постоянных смертей, день за днем. Иногда их бывает с десяток за час… Я – убийца. Я безжалостна и беспощадна. Я никогда не останавливаюсь, не сомневаюсь, не замираю с занесенной рукой. Потому что я умею убивать. Убивать правильно. Это моя работа и я сама ее выбрала.
Но где-то в глубине души есть что-то, что появляется каждый раз, как я опускаю руку. С каждой забранной мной жизнью, что-то появляется глубоко во мне. И это не дает мне покоя. Это, а не… Эту мысль я додумаю завтра.
Тук-тук-бум!
Вот от этого «бум» (то бишь удара ногой о дверь) я и проснулась, резко сев на кровати с ножом наизготовку. Предплечье тут же отвечает болью.
Бум-бум-бум…
- Да хватит!
В эти два слова я вкладываю всю глубину своего отношения к данной ситуации.
Стук прекращается. Вместо него я слышу тяжелые удаляющиеся шаги. А я так надеялась…
Быстро одевшись, я тоже спускаюсь на первый этаж, где меня ждет мой визитер. Судя по еще не клонящемуся к закату солнцу – проспала я всего часа три. Поэтому настроение у меня… не совсем безопасное.
- Что? – от моего тона он морщится, как от лимонного сока.
Он – это Джанис – мужчина тридцати лет от роду, одетый в смесь кожаного костюма и доспеха. Его темные волосы острижены почти под корень, а правую бровь пересекает едва заметный шрам, который его ничуть не портит, а наоборот, добавляет шарма. У него карие глаза и высокие скулы, он высок и мускулист. Он – один из лучших убийц-наемников этого мира. Мой коллега, если можно так выразится, только специализируется на людях. Поэтому я его слегка недолюбливаю. Хотя мы могли бы подружиться, убивай он… Неважно. Сейчас я сама готова переквалифицироваться в убийцу людей. И начну именно с него!
- И я рад тебя видеть. – он слегка улыбается и показывает на стул напротив.
Вообще он довольно симпатичное создание, но сейчас он мне напоминал самого страшного демона преисподней. Вобщем, настроение мое падает все ниже.
Я молча сажусь на тонко скрипнувший стул и испепеляю его взглядом:
- И?
- Ты когда-нибудь поговоришь со мной нормально? – вопрошает он, возведя очи к потолку, но тут же переходит на деловой тон. – Новая тварь на севере. Твой профиль – уже погибли шесть наших. Больше никто не берется.
- Вид?
- Редкостная тварь. Я не спец, ты же меня знаешь, но ребята говорят о трех головах и гребне…
Я резко вскакиваю:
- Где он?
Его глаза расширяются от удивления, он явно не ожидал столь сильной реакции.
- Возле…
- Руин. – я заканчиваю фразу вместо него и прикрываю глаза, пытаясь успокоится.
Сердце бешено колотится в груди. Три головы. Руины. Волна боли прокатывается по телу, словно бы зарождаясь где-то в костях. Сжимаю руки в кулаки и упираюсь ими в столешницу, загоняя боль обратно в глубину души. Гребень. Черт, он вернулся.
Не обращая внимания на настороженно-обеспокоенного Джаниса я разворачиваюсь и иду в свою комнату. Все оружие я развешиваю по своим местам на автопилоте, мысленно пытаясь заткнуть шелестящий шепот в моей голове. Беру кошель с золотом. Спасибо вам, добрые жители деревни!
Он еще внизу, пытается понять чем вызвана моя реакция. Он ведь ничего не знает. Абсолютно ничего…
- Тарка еще жива?
Тарка – это его боевая лошадь. Лошадь особой породы, которую почти невозможно загнать или убить. А еще они самые быстроходные верховые животные.
- Да… - он явно не понимает ничего из происходящего.
- Я арендую ее у тебя. – я бросаю ему пять золотых. – Думаю, ты не против.
- Вообще-то…
Но я уже за дверью, я уже в пути. Лошадь не стала возражать против того, что теперь на ней сижу я. Она всегда ко мне хорошо относилась. Но, думаю, после этого путешествия ее мнение изменится.

@темы: цитадель книга 1, написано мной, книги

Kira Valarika

главная